Как эти "вершители судеб" Старого континента дошли до жизни такой?
Жак Сапир: Любая попытка экспроприировать замороженные российские авуары с целью возместить полученный Украиной ущерб, какими бы хитроумными схемами она ни прикрывалась, наталкивается на огромные препятствия. Во-первых, это заявленный неоднократно отказ Бельгии с этим согласиться. Что и понятно. Ведь депозитарий Euroclear управляет по большей части всеми активами Европы и не только. Это огромные суммы. По некоторым данным, речь идет о триллионах евро. Российских же там по сравнению с этой гигантской суммой совсем немного.
Отметим, что бельгийское правительство не является владельцем депозитария, но с правовой точки зрения несет за него ответственность и разделяет его позицию. Руководство Euroclear, в свою очередь, убеждено в том, что изъятие российских активов подорвет доверие к нему и подтолкнет многочисленные компании, концерны, десятки государств мира, хранящих там свои капиталы, немедленно оттуда их вывести. К чему это приведет? К краху самого депозитария. Это раз, а два – к мощному кризису на европейских финансовых рынках.
Глава Euroclear Валери Урбен уже заявила, что подаст в суд на Еврокомиссию, если дело дойдет до экспроприации российских авуаров.
Жак Сапир: И правильно сделает. Ведь речь идет о самом существовании этой структуры как таковой. Причем может сделать это в рамках, естественно, национально ориентированного, бельгийского законодательства. Отметим, что и России ничто не помешает подать соответствующий иск там же, в Бельгии, удвоив тем самым шансы на положительный вердикт. Это не говоря уже о том, что Москва может одновременно обратиться и в международные судебные инстанции. К примеру, в суд ООН в Гааге.
Как вам видится пресловутый "репарационный кредит", на который сделали ставку глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и ее команда?
Жак Сапир: Якобы хитрая уловка. Мол, делаем заем для Киева под гарантию замороженных российских денег, что хранятся на счетах бельгийского депозитария. При этом все понимают, что Украина этот кредит никогда не вернет. А это значит, что странам ЕС, подписавшимся под этой схемой, придется стребовать деньги с Euroclear, дескать, это "возвращение кредита". Причем все делается для того, чтобы не называть эту операцию "конфискацией", хотя, по сути, такой она является.
На саммите Еврокомиссия планирует в пику правительству Бельгии протолкнуть эту схему, избежав правила ЕС принятия решений консенсусом. Дескать, ситуация экстренная и подпадает под те случаи, когда разрешается использовать принцип так называемого квалифицированного большинства, то есть обойтись без единогласия. Правда, не все еще потеряно. Бельгию поддержал целый ряд стран помимо Венгрии, Словакии – еще Италия, Болгария, Мальта, а может быть, и другие. И что еще важно: руководство Европейского центрального банка (ЕЦБ) еще раньше отказалось стать гарантом "репарационного кредита" для Украины под залог российских активов.
Чем аргументировали?
Жак Сапир: Там хорошо понимают, что если Еврокомиссия добьется своего, то Euroclear окажется на грани краха, а европейским банкам, из которых побегут иностранные капиталы, понадобится огромное количество ликвидности. Короче, случится серьезный финансовый кризис. А куда прежде всего эти банки обратятся за помощью? В ЕЦБ. Там же предупреждают Еврокомиссию и ее приспешников: вы собираетесь поджечь всю финансовую систему Европы, а после потребуете, чтобы мы тушили пожар? Это безрассудство!
То есть ЕЦБ нарисовал вполне реалистичную картину того, что произойдет. Не так ли?
Жак Сапир: В Центробанке работают профессионалы, и знают, какими будут последствия, а поэтому говорят: не делайте этого. Будет только хуже. На мой взгляд, руководство Евросоюза не понимает, что история с отчуждением российских 140 миллиардов евро может обернуться бурей и исчезновением из европейского оборота, по некоторым прикидкам, до пяти триллионов! Уточню: такой демарш может привести к банкротству десятка, а то и более системообразующих европейских банков. Не говоря о сокрушительном ударе по евро как резервной мировой валюте.
