Экономисты продолжают комментировать последствия нападения на нефтяную инфраструктуру Саудовской Аравии, которое стало ударом по международной безопасности и сильно встряхнуло нефтяной рынок в минувшие выходные. Как отмечает Рустам Танкаев,ведущий эксперт Союза нефтегазопромышленников России, член комитета по энергетической стратегии ТПП РФ, в Саудовской Аравии ситуация действительно сложная, и этой ситуации предшествовал ряд весьма серьезных событий.

Война между Саудовской Аравией и Йеменом началась, как известно, в 2015 году, напоминает эксперт. Формальным поводом была просьба законного президента Йемена по защитите от террористов, которые сместили его с поста. Арабские страны образовали коалицию, которая, собственно, и ведет сейчас войну с Йеменом. Саудовская Аравия является лидером этой коалиции, и основную часть боевых действий ведет именно саудовское королевство. Соответственно, бомбардировки территории Йемена ведутся со стороны Саудовской Аравии, а территории Саудовской Аравии — со стороны Йемена. При этом долгое время, как мы знаем, объекты нефтедобывающей инфраструктуры не были затронуты, их не бомбили. Здесь есть много причин, и дело не в том, что йеменские террористы настолько благородны и не трогают эти объекты. Просто в таком случае велика вероятность того, что произойдет расширение участников конфликта, и Йемен, в результате, в один день прихлопнут как муху.

Сейчас, надо сказать, стороны подошли к этому рубежу, говорит Танкаев, и такой вариант развития событий совершенно не исключен. В результате атаки поврежден так называемый завод по подготовке добытой на месторождении нефти к дальнейшей транспортировке. Это крупнейший в мире объект такого рода. На восстановление потребуется время и на этот период поставка нефти из Саудовской Аравии будет ограничена, но комплект запасных блоков и узлов на складе компании, которая эксплуатирует этот завод, есть. Поэтому саудиты сразу заявили, что они буквально за несколько дней все восстановят.

Но здесь есть определенная проблема. Дело в том, что конфликт не исчерпан и бомбардировка может повториться в любой момент. Если первый случай можно довольно-таки быстро ликвидировать за счет запасов, имеющихся на складах, то ситуация после второго нападения будет намного сложнее. Придется заказывать заново детали и узлы установок. В принципе этот завод, это набор труб, задвижек и резервуаров. Там есть одна единственная технологическая установка, которая производит конечную очистку нефти. Она немного сложнее всего остального хозяйства. И она как раз определяет полную мощность завода — 7 млн баррелей в сутки, это примерно 350 млн тонн нефти в год. Для сравнения, указывает эксперт, весь экспорт Саудовской Аравии составляет 400 млн тонн нефти и нефтепродуктов. Таким образом, это очень серьезный и важный для инфраструктуры Саудовской Аравии объект.

Риски того, что этот завод во время второй бомбардировки уничтожат или, по крайней мере, сильно повредят, существуют, их необходимо учитывать. Индия эти риски учла, подчеркивает Рустам Танкаев. Страна давно получает нефть из Саудовской Аравии, но последние годы, порядка пяти лет, идет очень быстрое, серьезное сближение между Индией и Россией. Причем, индийская сторона выбрала Россию в качестве партнера не сразу, были сомнения, были определенные задержки на этом пути. Прогресс в сотрудничестве произошел только после того, как предложил свою схему партнерства глава "Роснефти" Игорь Сечин. Это глобальные интегральные цепочки, которые объединяют игроков рынка между собой и, таким образом, все становятся участниками технологических этапов производства от разведки запасов до конечной реализации нефтепродуктов через АЗС. Вот это и стало для индийцев решающим доводом.

Собственно, за завод в Вадинаре, который, как известно, приобрел международный консорциум инвесторов с участием "Роснефти" (компании принадлежит 49% акций Nayara Energy, в состав активов которой входит Вадинарский НПЗ), боролись российские и саудовские бизнесмены, рассказал эксперт.

И Саудовская Аравия очень много сил положила на то, чтобы купить его, но она не могла предложить пакет акций в добычных предприятиях. Россия смогла предложить пакеты, большие пакеты крупнейших и очень серьезных нефтедобывающих компаний, таких как "Ванкорнефть", и "Таас-Юрях Нефтегазодобыча" (в Ванкоре индийцам принадлежит 49%, в Таас-Юряхе - 29%).

И сейчас, после того как возникли серьезные риски с перебоями, индийская сторона конечно сразу же отреагировала на это усилением связей с Россией. Тем более, что переговоры никогда не прерывались, сотрудничество шло по нарастающей.

На Восточном экономическом форуме также велись переговоры, визит представителей "Роснефти" во главе с Сечиным в Индию, который только что состоялся, был подготовлен еще во Владивостоке. Изменение ситуации вокруг Саудовской Аравии подтолкнуло индийскую сторону к тому, чтобы ускорить процессы интеграции с Россией.