Встреча президентов Владимира Путина и Джозефа Байдена в Женеве имеет шанс стать вехой в отношениях, но не стоит рассчитывать на перелом тренда или воссоздание конструктивного взаимодействия. Речь о другом. Надо избавиться от совершенно ненормальной, нездоровой и иррациональной атмосферы, сложившейся между двумя странами в последние годы. Как странно это ни прозвучит, России и США нужна упорядоченная конфронтация - осознание реальных противоречий, их иерархия (что более, что менее принципиально) и хотя бы базовое представление о рамках и допустимых гранях.

На протяжении большей части минувшего десятилетия происходило скатывание в конфронтацию хаотическую, зачастую лишенную разумной мотивации и густо замешанную на обоюдных внутренних страхах. Крайней степени это достигло в период предыдущей американской администрации. В силу специфики Дональда Трампа, склонного к эпатажу, но неспособного придерживаться договоренностей, российско-американские политические контакты превратились в фарс. Довершала его истерическая атмосфера внутренней политики в США. В результате, несмотря на взаимное любопытство, которое испытывали друг к другу Трамп и Путин, отношения двух стран пришли в состояние руин. А если добавить нарастающий дисбаланс на мировой арене в целом и эрозию всех международных институтов, не приходится удивляться, что схема организации взаимодействия Москвы и Вашингтона времен холодной войны стала восприниматься чуть ли не как золотой век.

Можно привести множество убедительных аргументов, почему нынешнее взаимное неприятие России и Соединенных Штатов неправильно называть новой холодной войной. Да, совершенно иные структура международной системы, соотношение сил и отличающийся характер противостояния. Отсутствует внятно сформулированный идеологический конфликт. Но атмосфера вполне сопоставима с холодной войной по степени недоверия. А главное - не стоит задача совместно решать какие-то проблемы, участвовать в общих проектах. Цель снова одна - минимизация рисков, связанных с военно-политическим соперничеством.

Пожалуй, полноценное размежевание началось десять лет назад во время "арабской весны". Совместная работа 2013 года с уничтожением сирийского химического оружия так и осталась изолированным эпизодом, а Украина-2014 окончательно зафиксировала новый статус-кво - не поиск взаимоприемлемых решений, а лишь избегание ненужных коллизий. За пределами вопросов классической безопасности все пошло вразнос.

Основная причина - вплетение в межгосударственные отношения внутриполитических вопросов, точнее - растущее ощущение уязвимости и рисков воздействия извне на внутренние процессы. Россия традиционно крайне болезненно относилась к свойственной США уверенности, что они вправе не только комментировать, а еще и корректировать политику других стран. Но по мере углубления общественно-политического раскола призрак вмешательства и усугуб­ления кризиса, доходящий до паранойи, накрыл и Америку. Туго завязавшийся клубок страхов, подозрительности и неуверенности в себе привел ситуацию к упомянутому нездоровому состоянию.

Успехом предстоящей встречи станет возвращение к классическим сюжетам конфронтации, в основе которой всегда лежала так называемая стратегическая стабильность. Пока Россия и США обладают ядерными арсеналами, способными физически уничтожить друг друга, им придется заниматься этими темами. Если по итогам женевских переговоров Путин и Байден объявят, что поручают профессионалам (военным, дипломатам, ученым) заняться обсуждением новых принципов укрепления той самой стратегический стабильности (с учетом меняющихся видов вооружений, роли киберпространства, роста ядерных игроков помимо двух сверхдержав и пр.), это будет достижением. Иными словами, во главе угла должна вновь оказаться силовая военно-стратегическая составляющая, та, по которой Россия и Соединенные Штаты, во-первых, сопоставимы друг с другом, во-вторых, обладают уникальным опытом. Да, это прежде всего опыт холодной войны, но в данном случае его обновление и усовершенствование полезно и перспективно.

Все остальное - от региональной геополитики до экономических интересов - играет подчиненную роль. Но может несколько продвинуться в случае успеха по главной теме. А вот то, что касается вопросов внутреннего устройства государств (Байдена призывают поставить их ребром), должно быть отложено в сторону, поскольку ничего, кроме всплеска острой подозрительности и желания ответить зеркально, это не даст. На словах США этого сделать не могут и не будут. Но опыт Байдена может прибавить ему гибкости на деле.

Федор Лукьянов (профессор-исследователь НИУ "Высшая школа экономики")