Ситуация вокруг Белоруссии продолжает оставаться напряженной. Западные санкции постепенно приобретают черты серьёзной проблемы для развития экономики страны. Новым вызовом для республики стало прекращение с 1 февраля транзита калийных удобрений через Литву, на которую приходилось порядка 90% перевалки данного вида белорусской продукции. Ответные меры официального Минска и вовсе могут отправить сферу транспорта и логистики региона в глубокий нокдаун.
Кризис во взаимоотношениях между Западом и Белоруссией, как известно, разразился после президентских выборов в этой республике в августе 2020 года, когда Евросоюз и США обвинили власти страны в фальсификации итогов и не признали легитимность Александра Лукашенко. За последующие полтора года в отношении официального Минска было введено несколько пакетов различных санкций, которые коснулись всех важнейших отраслей местной экономики. Не обошли они и белорусские калийные удобрения, экспорт которых позволяет наполнять бюджет республики валютой. Санкции ЕС, США и ряда их партнёров против «Беларуськалия» и Белорусской калийной компании (БКК) стали одним из важнейших инструментов западного давления на официальный Минск, хотя по сути они призваны не защищать права и свободы человека в Белоруссии, а избавить мировой рынок от конкурентов.
Известно, что «Беларуськалий» является одним из крупнейших производителей калийных удобрений в мире (более 15% мировой торговли данным видом продукции), а основными конкурентами выступают компании из России и Канады. Примечательно, что канадская Nutrien Ltd уже на следующий день после анонсированных в июне 2021 года санкций США и ЕС в отношении Белоруссии пообещала нарастить производство удобрений на полмиллиона тонн. Дополнительно к этому о желании взять потребности Европы в калии на себя сообщила и немецкая компания South Harz Potash. До февраля текущего года все эти заявления казались лишенными смысла, так как и европейский, и американский рынок не являются для «Беларуськалия» основными. Однако после принятия решения Литвой остановить транзит белорусской подсанкционной продукции через свои порты проблема для Белоруссии стала более, чем актуальной.
Проблема с транзитом белорусского калия появилась из-за принятых летом прошлого года ограничений США против «Беларуськалия», которые, в отличие от европейских ограничений, касаются всей продукции компании. Уже тогда в Вильнюсе, опасаясь так называемых вторичных санкций со стороны Вашингтона, заявили, что с 8 декабря 2021 года прекратят транзит удобрений из Белоруссии. Правда, на тот момент это не воспринималось ни в Минске, ни в Вильнюсе как трагедия, так как «Беларуськалий» продает калий не сам, а через БКК и является одним из ее акционеров, владея лишь 48% акций. Именно поэтому первоначально белорусский трейдер и не попал под санкции, что позволяло ему и дальше заниматься экспортом продукции. Однако 2 декабря прошлого года США ввели отдельные рестрикции уже против БКК, которые должны вступить в силу в апреле 2022 года.
На протяжении нескольких месяцев в Вильнюсе активно обсуждали, что делать в сложившейся ситуации, а в Минске неоднократно предупреждали, что в случае прекращения своего транзита предпримут ответные меры, от которых Вильнюсу «мало не покажется». Александр Лукашенко и вовсе пообещал полностью перекрыть транзит любых товаров через Белоруссию, в том числе и литовских. Однако эти слова не возымели должного эффекта, так как их практическая реализация многим кажется маловероятной — в белорусском транзите заинтересованы не только в Минске или странах ЕС, но и Россия, а также Китай.
Вместе с тем, проблема транзита белорусского калия вызвала политический кризис в Литве. В частности, после заявления в ноябре 2021 года министра коммуникаций и транспорта Литвы Марюса Скуодиса о том, что порт Клайпеды больше не будет заниматься перевалкой удобрений из Белоруссии, в стране возник конфликт интересов между местными чиновниками и бизнесменами, которые и понесут основные потери. В первую очередь речь идет о «Литовской железной дороге» (ЛЖД), где до последнего старались сохранить договорные отношения с Белоруссией. Именно поэтому еще осенью между сторонами была проведена ревизия договоров, а Белоруссия сделала предоплату на транспортировку своей продукции на месяцы вперед. Вследствие этого транзит белорусских калийных удобрений после 8 декабря не прекратился, что даже поставило вопрос об отставке части правительства Литвы и увольнения главы ЛЖД.
Однако под давлением политиков, за которыми стоят США, 21 декабря правительственная комиссия Литвы по проверке сделок стратегических предприятий объявила, что договор ЛЖД с «Беларуськалием» и изменения в нем представляют угрозу для безопасности страны. 12 января текущего года правительство Литвы подтвердило принятый вывод комиссии, заявив, что соглашение 2018 года между «Литовскими железными дорогами» и «Беларуськалием», который предусматривал перевозку грузов до 2023 года в размере 11 млн тонн в год, должно быть расторгнуто. Позже Марюс Скуодис сообщил, что с 1 февраля 2022 года контракт действовать не будет, что на практике и произошло.
Подобная позиция Вильнюса сразу же вызвала ответную реакцию в Белоруссии. Как заявил премьер-министр республики Роман Головченко, Минск принял решение ввести жесткие ответные меры, которые коснутся «железнодорожного транспорта, который следует с территории Литвы». При этом он отметил, что белорусская сторона пыталась найти решение в сложившейся ситуации и предлагала различные варианты, но ответа не последовало. Примечательно в данном случае то, что ранее в Литве заявляли, что готовы работать с теми, кто не попал в санкционное списки. Однако в конце января стало известно, что в ЛЖД не удовлетворили заявки трех компаний на перевозку белорусских калийных удобрений: от БКК, логистической компании «Белинтертранс» и дочерней компании «Беларуськалия» — белорусско-китайского предприятия «Белкалий-Мигао».
Реальные меры белорусская сторона озвучила 3 февраля, когда МИД республики сообщил, что принял решение «о запрете перевозок транзитом по своей территории, следующих из Литвы железнодорожным транспортом, нефтепродуктов, химических и минеральных удобрений, погруженных на станциях „Литовских железных дорог“». В белорусском ведомстве также напомнили, что по территории республики таких грузов перевозится около 1,5−1,6 млн тонн на сумму более $ 1 млрд ежегодно. Вильнюсу дали несколько дней подумать, и в случае отсутствия реакции закрыть транзит с 7 февраля.
Действия Белоруссии уже вызвали панику в Литве, где многие не верили в то, что транзит может быть закрыт на самом деле, а в случае таких шагов со стороны Минска потери для страны будут минимальными. Однако в Вильнюсе умалчивают о том, что ряд предприятий республики напрямую зависят от транзита своих товаров через Белоруссию. В частности, речь идет о крупнейшем в Прибалтике заводе по производству азотных удобрений Achemа, который поставляет свою продукцию на Украину, а также об управляемом польским концерном Orlen нефтеперерабатывающем заводе в Мажейкяй.
Кроме того, решение Минска может негативно сказаться и еще на одном соседе Белоруссии — Украине, которая в последнее время не отличается дружелюбием к белорусским властям. Можно напомнить, что поставки нефтепродуктов из Литвы в эту страну ранее составляли около 50 тыс. тонн дизтоплива и 20 тыс. тонн бензина А-95 ежемесячно, покрывая около 7% украинского рынка. При этом Orlen уже пробовал наладить доставку нефтепродуктов на Украину из Литвы через Польшу, однако это оказалось слишком затратным делом. Сегодня в польской компании заявили, что нашли альтернативный маршрут, однако насколько это удорожает конечную стоимость для украинских потребителей пока неясно.
В то же время, как показывают последние события, конструктивного решения проблемы нет ни у одной из сторон. Причем, если в случае с Литвой все упирается в интересы заокеанских партнёров, то Белоруссии предстоит решать вопросы не только логистики, но и возможной потери доли на мировом рынке. И в данном случае многое зависит от России, где, официально заявляя о всемерной поддержке своих союзников, пока не предпринимают активных действий. Проблема в данном случае заключается как в возможностях инфраструктуры российских портов, так и в защите интересов российских производителей.
С одной стороны, Минск и Москва уже договорились использовать российские гавани для транзита белорусских нефтепродуктов, которые ранее шли в основном через литовские и латвийский порты. Однако в случае с калийными удобрениями есть ряд нюансов, которые не позволяют говорить об аналогичном решении. Главной проблемой в данном случае является отсутствие необходимых для Белоруссии мощностей в морских гаванях РФ. По различным подсчетам, в настоящее время российская сторона может обрабатывать 2−3 млн тонн калийных удобрений в год — вместо необходимых Минску 11 млн тонн.
Кроме того, экспорт удобрений через порты Ленинградской области и Мурманска сегодня выглядит менее доходным и трудно осуществимым из-за множества мелких факторов. Например, тарифное расстояние через российские гавани превышает его при перевозке из Белоруссии в Клайпеду: дистанция до Усть-Луги длиннее на 55%, а до Мурманска — в 3,3 раза. При этом возможности поставок удобрений в Азию, в первую очередь, в Китай, также стоит под вопросом. Минск еще в 2020 году впервые осуществил поставку калия в Китай по Северному морскому пути и может начать экспериментировать и дальше, в том числе отправляя удобрения по железной дороге. Однако сегодня все упирается в стоимость транспортировки, свободные железнодорожные составы, цену на мировом рынке и пр. Тем более что Пекин, ожидая развязки конфликта Белоруссии и Запада, пока не проявляет инициативы в заключении нового контракта с «Беларуськалием», а старый закончился в декабре.
С другой стороны, нельзя забывать и то, что в случае полной переориентации на гавани России «Беларуськалию» придется столкнуться с конкурентом — «Уралкалием», который вкладывает деньги в развитие своих мощностей в российских портах и был бы рад занять нишу белорусов на мировом рынке. Тем более, что с российскими компаниями в сфере торговли удобрениями у Минска в последнее годы отношения складывались не очень позитивно. Можно вспомнить арест в 2013 году бывшего гендиректора «Уралкалия» Владислава Баумгертнера, или косвенные обвинения главы «Уралхима» Дмитрия Мазепина (более 80% акций «Уралкалия») по обвинению в причастности к протестам 2020 года. Это не означает, что в случае принятия в Кремле политического решения помочь Минску в сложившейся проблеме российская компания будет этому противиться, однако обязательно встанет вопрос о компенсации потерь, который необходимо будет решать и, вполне вероятно, за счет белорусской стороны. Пока же в Москве не делают никаких серьёзных заявлений, ограничиваясь лишь словами о том, что вопрос о переброске транзита калийных удобрений из Белоруссии в порты РФ стоит на повестке дня.
Таким образом, перед Белоруссией может возникнуть весьма серьёзная проблема, справиться с которой в одиночку Минску вряд ли удастся. Транзит калийных удобрений без участия в этом процессе России может стать невозможным, так как путь в ЕС или на Украину, по всей видимости, закрыт надолго. В этой связи остается надеяться, что Минск и Москва сумеют найти взаимовыгодное решение данного вопроса, и он не станет очередным камнем преткновения на пути белорусско-российской интеграции.
