Эта внушительная сумма, по задумке команды Джо Байдена, нужна для того, чтобы отказаться от закупок урана российского производства, применяемого на американских АЭС, и полностью перейти на топливо от американских компаний. Сообщается, что делегация Министерства энергетики, не особо афишируя свой визит, посетила конгресс, где подчеркивала крайнюю срочность и необходимость получения денег. Сумма с девятью нулями требуется для создания государственной (это важная деталь) компании, в обязанности которой будет входить покупка напрямую у американских производителей оксида урана, а также топлива для перспективных атомных реакторов последних поколений.

Судя по всему, заокеанская пресса не ошиблась. Косвенно данную инициативу подтверждает недавнее заявление министра энергетики Дженнифер Гренхолм, где она охарактеризовала зависимость США от поставок российского топливного урана как уязвимость и угрозу для национальной и экономической безопасности Штатов. Однако мы склонны думать, что перед нами не что иное, как очередной грандиозный распил бюджетных денег, для отвода глаз обернутый тонким слоем классической русофобии.

Судите сами.

На сегодняшний день США обладают, во-первых, самым крупным парком атомных энергоблоков, во-вторых, самым старым. В двадцати восьми штатах расположены 55 АЭС, на базе которых трудятся 93 реактора, а их средний возраст вплотную приближается к пятидесяти годам. Притом что Соединенные Штаты давно не строят у себя новых электростанций данного типа, хотя атомный сектор является критически важным для поддержания энергобаланса страны. Стоящие в строю энергоблоки имеют установленную мощность 95,5 мегаватта и обеспечивают не менее двадцати процентов электрогенерации в стране с населением свыше трехсот миллионов человек. Как несложно подсчитать, каждый пятый американец и каждое пятое предприятие комфортно существуют исключительно благодаря непрекращающейся цепной реакции в чреве реакторов со звездно-полосатым флагом на корпусе.

Здесь нужно сделать обязательную и важную ремарку. Все без исключения атомные электростанции США находятся в частных руках. И хотя они включены в национальную энергосеть, государство фактически покупает киловатт-часы у частников, которые, осознавая собственную важность, оказывают немалое влияние и на Министерство энергетики, и на внутренний рынок, и даже в некоторой степени на политическую жизнь. При этом, как мы уже упоминали, реакторный парк США стремительно стареет, энергоблоки не массово, но с завидным постоянством выводятся из эксплуатации. Но — парадокс — объем генерации в этих условиях не только не падает, а растет.

Американские атомщики утверждают, что роста производства удалось добиться благодаря некой модернизации, а также значительному сокращению периодов простоя, планово-предупредительного ремонта и выгрузки-загрузки топлива в активную зону. В 1997 году американские АЭС выработали 628 тысяч мегаватт-часов электричества, а к 2021-му этот показатель подрос до 778 тысяч. Перефразируя цифры, американские "самовары" теперь кипятят воду без выходных и праздников, а урановые "дрова" в них подбрасывают со всевозрастающей частотой. Сколько в подобном режиме протянут реакторы прошлых поколений — вопрос открытый.

Что касается ликвидации зависимости от российского ядерного топлива, то здесь все тоже весьма непросто и неоднозначно.

По результатам 2020 года доля российского урана в структуре профильного импорта составила 16,5 процента, при этом в целом по отрасли обогащенный уран, поступающий от российских предприятий, занимает 23 процента от общего потребления.

Чтобы было более понятно, уточним порядок цифр.

Коммерческий атомный сектор США ежегодно потребляет 55 миллионов фунтов, или 25 тонн оксида урана. С учетом того, что всего на планете в год добывается и обогащается 190 миллионов фунтов урана, несложно подсчитать, что Америка съедает четвертую часть мирового пирога. Основными поставщиками топлива выступают Канада и Казахстан (по 22 процента), Россия (16 процентов) и Австралия (11 процентов). Узбекистан и Намибия поставляют восемь и пять процентов соответственно.

А как же с собственным производством?

Здесь американцам похвастать нечем. Три завода по обогащению урана были закрыты на излете 1990-х годов, проработав почти полвека, и сегодня единственное рабочее предприятие — это завод в городке Юнис штата Нью-Мексико. Он принадлежит британско-немецко-голландскому холдингу Urenco, который применяет центрифужный метод обогащения урана. Данная технология считается устаревшей и малоффективной, именно этот фактор в свое время и стал причиной того, что Америка добровольно влезла в критическую зависимость от российских поставок.

В 2010 году в Штатах разразился грандиозный скандал. Связан он был с продажей российской корпорации "Росатом" крупнейшего и ключевого производителя урана в США, компании Uranium One. Это был период очередного охлаждения российско-американских отношений, и сообщение о продаже стратегически важного предприятия потенциальному противнику в информационном пространстве имело эффект разорвавшейся бомбы. Примечательно, что находившаяся тогда при власти команда демократов во главе с Бараком Обамой отказалась комментировать происходящее и даже не провела расследование. Оно в рамках внутриамериканских политических разборок было инициировано уже Дональдом Трампом, который отдал соответствующее распоряжение ФБР.

В ходе разбирательств в прессу просачивалась информация о том, что сделку одобрила и патронировала лично Хиллари Клинтон, на тот момент госсекретарь, но не просто так, а за внушительное финансовое вознаграждение. Журналисты ведущих изданий называли сумму в 145 миллионов долларов, которая в течение нескольких лет до заключения сделки переводилась на счета благотворительного фонда семьи Клинтон. Впрочем, справедливости ради отметим, что все эти утверждения так и остались лишь предположениями и не привели ни к каким юридическим последствиям.

Вопрос коррупции в высших эшелонах заокеанской власти мы оставим на суд самих американцев, нас же интересуют причины и предпосылки.

Осмелимся утверждать, что тандем Обама — Клинтон пошел на сделку со столь нелюбимыми русскими из-за отсутствия альтернатив спасения собственного атомпрома. Если выше вас смутили цифры статистики, где Россия одновременно поставляет 16 процентов топлива и контролирует 23 процента топливной потребности Америки, то здесь нет никакой ошибки.

В 2010-м, на момент продажи Uranium One, Штаты производили 4,2 миллиона фунтов оксида урана в год, и этот показатель снижался, опустившись к 2020-му до мизерных 200 тысяч. Поставки же из России стабильно росли. Если прямой экспорт достигал 16 процентов от общей доли потребления, то и остальная часть реакторного топлива также приходила из России. Схема проста, надежна и позволяет успокаивать простых американцев: якобы зависимость от русских постоянно снижается. В реальности же уран в виде давальческого сырья закупался в Казахстане, Узбекистане и отправлялся на российские обогатительные фабрики, чтобы позднее в виде оксида попасть в американские реакторы. 

По документам топливо проходило как имеющее казахское и узбекское происхождение. Повторимся, Белый дом согласился на подобную зависимость не от хорошей жизни. Либо отключить свет в каждой пятой американской квартире и выключить рубильник в каждом пятом американском цеху, либо покупать обогащенный уран у России.

Но шила в мешке не утаить. В середине апреля, в разгар антироссийской истерии на Западе, американские СМИ обрушились на власть и энергетиков, обвиняя их в том, что весь прошлый год американский бюджет тратил свыше ста миллионов долларов в месяц на покупку российского урана, спонсируя тем самым российский бюджет и армию.

Однако журналисты и оппозиционные политики могут сколько угодно метать громы и молнии, текущего статус-кво это не изменит. Можно в любом количестве печатать доллары, но в технологии и реальные производства они не конвертируются. Единственный сохранившийся на территории США обогатительный завод Urenco в свое время обошелся инвесторам в полтора миллиарда долларов, что с учетом инфляции не намного меньше тех денег, что сегодня требует американское Минэнерго от конгресса. Построить завод мало, для него нужно сырье и, главное, работающая технология, а у американцев и европейцев ее нет. Как мы уже упоминали, центрифужное обогащение урана научным миром сегодня признано устаревшим и малоэффективным.

Наиболее продуктивная из существующих технологий — более того, воплощенная в реальности и действующая — принадлежит России. В прошлом году на базе Электрохимического завода в Зеленогорске (Красноярский край) введена в работу уже третья очередь газоцентрифужной установки поколения 9+. Благодаря постоянным научным изысканиям российских атомщиков, наши предприятия сегодня производят уранового топлива в объеме 28 тысяч ЕРР (единиц работы разделения). Это столько же, сколько выпускают фабрики США, Франции, Германии, Британии и Нидерландов, вместе взятые.

Учитывая все вышеизложенное, можно смело констатировать, что перед нами очередная игра в имитацию борьбы с российской зависимостью, под предлогом которой можно удобно пилить бюджетные миллиарды. Изменить действующую схему поставок топлива для команды Байдена означает обрушить национальную атомную генерацию и собственноручно похоронить свои рейтинги, которые и так находятся ниже исторического плинтуса.

Впрочем, если конгресс таки выделит средства, нас это вполне устроит. Миллиард долларов в российском бюджете будет вовсе не лишний. Потратить его можно, например, на восстановление Донбасса.