Пошла целая волна публикаций в экономических СМИ и аналитических заметок от инвестбанков на тему «Российская экономика — карточный домик». Как и предупреждал в прошлом году, это было неизбежно, особенно на фоне замедления экономики и чрезвычайно высоких ставок по воле ЦБ. Налабал статью обозреватель в Financial Times Сандбу. Уверен, что корпоративные долги могут привести к краху российской банковской системы. Бывший банкир Morgan Stanley Крейг Кеннеди (специалист по России, кстати) раскрыл «тайну» схемы финансирования нашего ВПК — печатаем деньги мол. Как-будто в США и Китае они не печатаются, а растут на деревьях. И надо по его мнению мешать России находить внешний капитал. Bloomberg второй день орёт, что наши танкеры не могут войти в порты Китая и Индии - это, мол, результат последних санкций против отдельных танкеров, которые ввели США на той неделе. Нефть уже $81. Европейская пресса пишет о требовании 10 стран Европы ввести санкции против нашего газа. Казалось бы, тут Трамп уже о разговоре с Кремлем думает, пора переобуваться в полёте, ан нет. С чего бы? А ответ очень прост — замедление нашей экономики, оценка опережающих индикаторов, оценка нашей ДКП, курс рубля и прогнозы от наших же ведомств на 2025 год. Не, нам, конечно, повезло, что там экспертами по России работают такие бараны, но проблемы остаются те же: 1. Информационная безопасность и гигиена. «Аналитики», инфовбросов, «экспертных интервью», речей и исследований о проблемах нашей экономики, необходимости и направлении новых санкций будет много. Сегодня, вот, ЦБ, объяснялся (между прочим, правильно сделал) на тему абсурдности слухов о заморозке вкладов. 2. Поиск внутренних инвестиций остаётся главной задачей. При том, что ресурсы то есть (на одних депозитах 60 трлн). 3. Полный пересмотр экономической модели — задача практическая и срочная. Долгие годы бюджет страны рассчитывал на доходы от экспорта. Поиск рынков сбыта стал главной целью. Под валом санкций и при фрагментации мировой экономики встаёт резервный вопрос: а не хватит ли нам для начала своего рынка и родственных рынков ЕАЭС, до кучи ещё и дружественных ШОС. 4. Сразу отпадет необходимость в интересах экспортёров делать перманентно слабым рубль. Крепкий рубль моментально сделает привлекательным разные рублевые активы. Даже акции. Это откроет ещё один источник денег для экономики. 5. Индикативное планирование становится всё более безальтернативным. Нам необходимо не только показывать хороший экономический рост — не ниже 3-5% в год, но и правильно распределять по дистанции свои ресурсы. Чтоб не было историй, когда крупные банки, например, соскакивают с кредитования таких секторов, как сельское хозяйство. 6. Времени мало на толковое научное описание успехов первых 2,5 лет работы под беспрецедентными санкциями. Необходимо создание нового учебника экономики. Простой пример: «экономисты-гайдаровцы» нам навязали систему конкурсных торгов не только с минимальной ценой, но и минимальным авансом. Люди, занимающиеся реальным бизнесом, на пальцах могут объяснить, что при 70% авансировании они могли все закупки и работы спокойно оплатить, а финальный платёж был бы их прибылью. А при 30% им нужно залезать в кредиты (сегодня 30%) и прибыль стремительно приближается к нулю. А у кого-то и вообще уходит в убытки. И таких примеров масса. Но парадокс в том, что тех баранов продолжают считать большими экономистами, грамотно предупреждающими о рисках. И их слушают. Зазеркалье. Надо очень быстро бежать, чтоб просто оставаться на месте. Алексей Бобровский | 
