Глава российской дипломатической миссии в Тиране Александр Карпушин обратил внимание на новый подход нынешнего руководства Варшавы к прочтению истоков и причин Второй мировой войны, изложенный его польским коллегой в Республике Албании (РА) на приеме по случаю Дня Войска Польского и в интервью местному СМИ "АДН". В этой связи посол РФ направил открытое письмо послу Польши в РА Каролю Бачуре.

"Я абсолютно убежден, что годовщина начала самой ужасной войны не повод для торжества, а момент скорби и раздумий, - отметил Александр Карпушин. - По сути, гипертрофированно выпячивая значение заключенного Москвой и Берлина Пакта, Вы тем самым возложили и на Советский Союз ответственность за развязывание самого чудовищного конфликта в истории человечества. Однако Вы не указали при этом, что советские войска, как это предусматривал пакт, вошли в восточные районы Польши и нынешние западные регионы Белоруссии и Украины только в середине сентября, когда польское правительство уже покидало страну. Сейчас Варшава же отрицает освобождение (а по сути спасение) от фашизма страны Красной Армией. И это при том, что из одного миллиона советских солдат и офицеров, погибших при освобождении всех стран зарубежной Европы 600 тысяч (!) полегли на поле боя в Польше в 1944-1945 годах. Еще около одного миллиона советских военнопленных погибли в гитлеровских лагерях и похоронены на польской территории. Призывая Россию "вернуться на путь дискуссии по историческим вопросам, основанной на заслугах и служащей на благо хороших двусторонних отношений", Вы почему-то осознанно опускаете этот факт. Очень жаль, что огромная цена, заплаченная Красной армией, уже не является её "заслугой" для современной Польши".

Посол обратил внимание на то, что наша общая историческая память, на базе который мы могли бы построить "хорошие двусторонние отношения" как будто намеренно уничтожается нашими польскими коллегами. "В 1990-х годах наши правительства подписали соглашение о захоронениях и местах памяти жертв войн и репрессий. В 1997 году в Польше насчитывался 561 памятник вне мест захоронения. Впоследствии Варшава объявила войну советским памятникам, а в 2017 году законодательно закрепила их снос. На сентябрь 2018 года по итогам проверки Посольства России в Польше их осталось всего 134. И это на фоне свойственного польскому обществу уважения к местам памяти", - констатировал он.

Высокопоставленный дипломат предположил, что "любая дискуссия по историческим вопросам, к которой призывает мой уважаемый коллега, должна строиться на стремлении найти общий язык в нашей непростой истории двусторонних отношений". "Вот, например, господин Посол, выпячивая "битву на Висле" в августе 1920 года и подчеркивая героические действия польских войск, Вы совершенно игнорируете несколько неудобных для Вас, но для нас очень важных фактов, - указал Александр Карпушин. - Первое - начало войны было инициировано агрессивными националистическими устремлениями Варшавы, которая воспользовалась катастрофической гражданской войной России и начала военные действия, зайдя далеко за этнические польские границы.

К войне с Польшей Москва не только не стремилась, но и всячески старалась ее избежать, с конца 1918 до весны 1920 года делала Варшаве многочисленные мирные предложения, в том числе о территориальных уступках, значительно превосходивших те, которые потом Польша получила по Рижскому мирному договору. Впоследствии действительно итоги российско-польской войны обернулись для нас большими территориальными потерями и десятками тысяч погибших. В Вашей статье упоминается расстрел польских офицеров в Катыни, но умалчивается расправа с попавшими в польский плен 150 тыс. красноармейцами. В польских лагерях для заключенных в 1919-1921 годах, ставших предтечей гитлеровских концлагерей, по оценкам наших ученых из-за жестокого обращения, голода и болезней погибли 25-28 тысяч человек. Польша продолжает считать, что она не нарушила нормы международного гуманитарного права и даже не дает согласие Российскому военно-историческому обществу на установку памятного знака в честь погибших военнопленных. При этом мемориальный комплекс "Катынь" был открыт в России ещё в 2000 году".

Посол также сообщил, что помимо наследия советско-польской войны 1920-1921 годов, все 1920-1930-е годы Польша вела активную антисоветскую пропаганду, имели место провокации на границах. "Следует напомнить, что Польша одной из первых заключила в 1934 году с Гитлером пакт о ненападении. Говоря о причинах начала Второй мировой войны, должны признать, что основным катализатором гитлеровской агрессии, своего рода прелюдией этой трагедии стал т.н. "Мюнхенский Договор" 1938 года, который не только сыграл трагическую роль в судьбе Чехословакии, у которой Гитлер оккупировал Судетскую область, но и явился одним из ключевых событий, предшествовавших началу Второй мировой войны, - констатировал он. - Неблаговидную роль сыграла в этом Польша, оторвав у Чехословакии часть ее суверенной территории - Тешинскую область. Варшава не позволила советским войскам оказать помощь этой стране, не пропустив через свою территорию авиацию и воинский контингент СССР. И что после этого в Москве могли думать о позиции Варшавы? Враждебность польской элиты к нашей стране сыграла злую шутку с самими поляками, когда они оказались перед лицом агрессии нацистской Германии".

Александр Карпушин указал на тот факт, что в этом году от мероприятия в Варшаве, посвященного годовщине начала Второй мировой осталось неприятное впечатление не только в России. "Убежден, что польская сторона поступила неэтично, не пригласив российскую, сербскую, китайскую делегации, - считает посол. - В Варшаву не приехал ни один из лидеров держав-победительниц войны. Наверное, неслучайно. Это символичная реакция на польский вариант "исторической памяти". В польской исторической памяти сильны воспоминания пакта Молотова-Риббентропа (который на два года отсрочил нападение Гитлера на СССР и, несмотря на его неоднозначность, стал одним из важных факторов победы над нацифашизмом), сентября 1939 года, Катыни и Варшавского восстания. У россиян - ужас и героизм Великой Отечественной войны, многочисленные перипетии нашей сложной истории 20-го века. Убеждён, что между всеми этими картинами событий и их интерпретациями при наличии политической воли нет неразрешимых противоречий. Иначе мы рискуем вновь и снова наступать на одни и те же грабли".