James Cogan, June 22, 2015

В прошлую среду в ходе обмена мнениями в Комитете по делам вооруженных сил Палаты Конгресса министр обороны США Эштон Картер заявил, что администрация Обамы готова принять распад Ирака в качестве единого национального государства.

"Что делать, если оказалась, что многоконфессиональный Ирак не возможен?" – риторически спросил Картер. – "Это важная часть нашей стратегии в настоящее время на местах. Если правительство не может делать то, что оно обязано делать, то во имя сохранения стабильности в Ираке мы все равно будем пытаться усиливать возможности местных наземных войск, если они готовы сотрудничать с нами, но единого государства Ирак уже не будет".

Наглое заявление Картера подчеркивает, опять же, хищный и колониальный характер десятилетий интервенций США на Ближнем Востоке, а также бесконечные лживые [поводы], используемые для их обоснования.

Всего лишь 10 месяцев назад администрация Обамы сказала американцам, что возобновила свои военные операции в Ираке во имя защиты от ИГИЛ, угрожающего его выживанию. Еще в этом апреле, стоя рядом с иракским премьер-министром Хайдером аль-Абади, Обама объявил в Белом доме, что “первостепенный интерес Соединенных Штатов” наряду с нанесением поражения ИГИЛ состоит в том, чтобы “уважать иракский суверенитет”.

Через несколько месяцев администрация Обамы дает понять, что она равнодушна не только к суверенитету, но даже к существованию самой страны.

Перемены в американской риторике последовали за отступлением из Эр-Рамади в западной провинции Анбар иракской армии, которая покинула этот преимущественно суннитский город и оставила в руках ИГИЛ огромное количество поставленного США оборудования. В ответ на это Обама позабыл свои обещания о том, что американские наземные войска не будут отправлены обратно в бой в Ирак. На прошлой неделе Белый дом направил 450 кадровых военнослужащих для развертывания на базе между Рамади и Эль-Фаллуджей.

Американским “советникам” из этой цитадели поставлена задача приплачивать местным суннитам, чтобы убедить их оставить сотрудничество с ИГИЛ против преимущественно шиитского иракского правительства и присоединиться к вооружаемым США ополченцам, которые будут бороться с исламскими экстремистами. Так называемая концепция “lilypad” (транзитная военная база) будет в ближайшие недели расширена, и эти советники будут сопровождать своих иракских наемников в зоны боевых действий, чтобы направлять атаки поддержки с воздуха.

Насчет северного Ирака Картер, по сути дела, объявил, что США начнут посылать вооружение и оборудование непосредственно курдскому региональному правительству (КРП), которое уже фактически управляет своей территорией как отдельным государством. Всего лишь несколькими днями ранее, он заявлял, что непосредственное вооружение КРП было бы “несовместимо с давней работой американской внешней политики по поддержке стабильного и единого Ирака”. Однако именно через КРП предоставляется помощь курдским повстанческим силам в северной Сирии, которые в последние недели нанесли значительные поражения ИГИЛ.

В Сирии США реагирует не только на успехи курдского ополчения на севере [в боях] против ИГИЛ, но и на победы на юге страны суннитских мятежников (обучаемых и поставляемых американскими союзниками – Иорданией и Саудовской Аравией) над [армией] поддерживаемого иранцами сирийского правительства президента Башара аль-Асада. Силы Асада потеряли контроль над большей частью страны.

Сдвиг в политике США также происходит на фоне растущей важности иранской помощи в защите правительства Абади на территории, которую оно по-прежнему контролирует. Преимущественно шиитские ополченцы, которым помогают иранские советники, приняли на себя главный удар, чтобы отразить прорыв ИГИЛ близко к Багдаду и районам, населенным шиитами Ирака. Усилия Тегерана спасти иракское государство, однако, осуждаются и Картером и американскими вооруженными силами как “иранское пагубное влияние”.

В комментарии на заявления Картера и ситуацию на Ближнем Востоке обозреватель Washington Post Чарльз Краутхаммер указал на выводы, которые в настоящее время распространены в правящих кругах США. Американская политика по отношению к Ираку и Сирии, пишет он, должна начать "признавать, что старые границы исчезли, что не будут воссозданы единая Сирия и единый Ирак, что карта Сайкса-Пико больше не существует".

Договор Сайкса-Пико – отвратительный империалистический сговор между Англией и Францией, чтобы раздробить и разделить между собой Ближний Восток в конце Первой мировой войны. Это привело, в итоге, после значительного кровопролития и колониальных репрессий к созданию национальных государств – Саудовская Аравия, Ливан, Сирия, Ирак, Иордания и Кувейт. Столетие спустя, в погоне за своими империалистическими планами сегодня, Соединенные Штаты более чем готовы снова разорвать эти государства.

С момента первой иракской войны в 1990-1991 гг, единственный "основной интерес" американского империализма на Ближнем Востоке состоял в том, чтобы убедиться, что он обладает безраздельным военным господством в Персидском заливе, т. е. над основными мировыми запасами нефти.

Незаконное вторжение и оккупация Ирака в 2003 году, обоснованные ложью об "оружии массового уничтожения", продолжились систематическим преследованием сторонников прежнего режима Саддама Хусейна, прежде всего среди суннитского населения. Последовательные марионеточные правительства, сформированные в Багдаде, были основаны на коалициях между шиитскими религиозными партиями и курдскими националистами.

Уход американских войск в 2011 году, после девяти лет массовых убийств и репрессий, которые унесли целый миллион иракских жизней, сопровождался дальнейшим сектантским изолированием суннитского населения, теперь руками правительства премьер-министра Нури аль-Малики.

ИГИЛ возникло среди преимущественно суннитских экстремистов, которые боролись с американской оккупацией и преимущественно шиитским правительством в Ираке. В Сирии, однако, эти силы стали полезной пешкой для Вашингтона в целях смены режима. США способствовали подъему исламистских ополченцев в качестве ведущей силы в вооруженном восстании, которое вспыхнуло после 2011 года против поддерживаемого Россией и Ираном правительства Асада. ИГИЛ, в частности получило большое количество оружия и фондов через американских союзников в регионе.

В июне 2014 года, в результате этой молчаливой поддержки США, ИГИЛ смог вернуться назад в Ирак с существенной силой и захватить большой северный город Мосул. Полное фиаско американской политики, тем не менее, стало для поводом администрации Обамы не только для возвращения своих военнослужащих в Ирак, чтобы подорвать растущее влияние Ирана, но для организации прямых ударов воздуха по Сирии, которые в определенный момент будет направлены против остатков армии Асада ,

Насилие США на Ближнем Востоке и их интриги с различными этно-сектантскими фракциями – это преступление огромных размеров. Это привело к сотням тысяч смертей, неисчислимым страданиям и наибольшему со времен Второй мировой войны потоку беженцев и перемещенных лиц. Любая попытка Вашингтона контролировать новый колониальный передел и перекраивание границ региона влечет за собой опасность еще большей резни населения в регионе и и во всем мире.

Перевод специально для сайта "Война и Мир"