Министр иностранных дел Германии Гидо Вестервелле (Guido Westerwelle) 17 ноября побывал в Туркмении, откуда на следующий день отправился в Пакистан. Скупые детали визита поступили от двух корреспондентов немецких изданий, сопровождавших министра в его турне. Описанные ими детали усиливают представление, которое сложилось на Западе о Туркмении - стране богатой и эксцентричной: тысячи электрических огней освещают мраморные дворцы полупустого вечернего Ашхабада, на 12-полосных трассах подсвечена даже дорожная разметка.

Стол для переговоров, за которым беседуют туркменский президент Гурбангулы Бердымухамедов и Гидо Вестервелле, держится на четырех позолоченных конях. Один из немецких корреспондентов даже узнал, что, пока памятники первому туркменскому президенту Сапармурату Ниязову постепенно убирают из Ашхабада, из золота уже отливается первая статуя "Покровителя", как здесь стали называть Бердымухамедова.

Известие о визите пришло в последнюю минуту

Глава немецкого МИДа посещает Туркмению впервые с 2006 года, при этом нынешний визит буквально до последнего момента держался в секрете. Официальное подтверждение из министерства иностранных дел по запросу Deutsche Welle поступило только в среду, 16 ноября, когда Вестервелле уже находился в самолете по пути в Ашхабад. Хью Уильямсон из берлинского отделения Human Rights Watch считает, что информационная политика министерства иностранных дел ФРГ не может не вызывать удивления и тревоги. "Зная о готовящемся визите из неофициальных источников, мы несколько раз делали запросы в германский МИД, но там отказывались что-то подтверждать. Мы опасаемся, что правительство Германии несколько стыдится визита министра Вестервелле в одну из самых репрессивных стран мира, с тем чтобы открыть возможности для немецкого бизнеса в этой центральноазиатской стране", - сказал Deutsche Welle правозащитник Уильямсон.

"Решение германского МИДа следует типичному сценарию - стараться поднимать как можно меньше шума вокруг поездок в те страны, правительства которых критикуют за репрессивную внутреннюю политику", - заметила в интервью Deutsche Welle аналитик берлинского фонда "Наука и политика" Андреа Шмиц (Andrea Schmitz).

Несколько задач для министра

В ходе своего визита Гидо Вестервелле затронул вопрос строительства газопровода "Набукко" - проекта, который поддерживает Европейский Союз. Однако Андреа Шмиц не уверена, что газ в переговорах играл самую важную роль. По ее оценке, шансы на реализацию проектов "Набукко" и Транскаспийского газопровода "в настоящее время, скорее, невелики". В заявлении министра по итогам поездки в Ашхабад говорится, что в сотрудничестве с Туркменией речь "идет не только о "Набукко". Из этого берлинский эксперт делает вывод, что скорее цель заключается в том, чтобы помочь немецким предприятиям закрепиться в этой центральноазиатской стране. Вестервелле посетил международную выставку "Нефть и газ Туркмении-2011", где, согласно сообщениям сопровождавших его репортеров, все стенды немецких компаний были "обильно украшены" портретами Бердымухамедова.

Другая задача немецкого министра иностранных дел - заручиться поддержкой Ашхабада в том, что туркменская делегация примет самое активное участие в приближающейся конференции по Афганистану, которая состоится 5 декабря в Бонне. У Туркмении 750-километровая общая граница с Афганистаном.

Можно ли одновременно заниматься газом и правами человека?

Наконец, в Ашхабаде Гидо Вестервелле затронул и правозащитную проблематику, приняв участие в "круглом столе" государственном институте демократии и права.

По мнению Хью Уильямсона из Human Rights Watch, Германия способна одновременно обсуждать права человека и защищать свои энергетические интересы в такой стране как Туркмения, однако, она "не старается всерьез этого добиться". Вестервелле, по его словам, признал важность проблемы защиты прав человека в Туркмении "только на словах, иначе его поведение в Туркмении было бы другим".

По мнению правозащитника, с Ашхабадом возможно наладить сотрудничество, сохраняя при этом ясные требования в правозащитной сфере. "Нет никаких доказательств того, что туркменское руководство отвернется от сотрудничества с Германией только из-за требования со стороны Берлина заняться правозащитной проблематикой. Ведь Ашхабад сам заинтересован в налаживании сотрудничества с Европой", - сказал правозащитник.