Автор: Пол Галахер 1 апреля 2014 года Одновременное появление в Европе и Японии "конфискационных облигаций", выпущенных крупными международными банками, говорит об огромных дырах в балансах активов мегабанков, особенно европейских, которые скоро станут очевидными и банки окажутся на грани нового краха. "Конфискационные облигации" — ценные бумаги, отсутствие наполнения которых, в общем, не скрывают. Их выпустили для амортизации убытков банков, которые откроются, когда всплывет очередная порция ядовитых активов, как это произошло в 2007-2008 гг. Банки начали выпускать эти облигации для обмена между собой, а также с банками, остающимися в тени. Тридцать первого марта Financial Times сообщила, что токийский банк Mizuho начнет выпуск "конфискационных облигаций" 3 апреля, на сумму полтора миллиарда долларов. По этим облигациям безо всякого обеспечения выплачивается высокий процент (почти 5% в случае банка Mizuho), и они официально становятся ничтожными при принудительная рекапитализации банка, не говоря уже о ситуации неплатежеспособности. Крупные европейские банки выпускают такие "конфискационные облигации" уже с начала марта, даже Монте деи Паски ди Сиена, парящий между небом и землей, старейший банк в мире и крупнейший в Италии продает эту резаную бумагу. Введенный 20 марта Европейской комиссией Единый механизм урегулирования несостоятельности (ЕМУН) будущего Европейского банковского союза — обязательная процедура привлечения средств кредиторов и вкладчиков (“bail-in”) относит такие облигации к банковскому капиталу второй категории. Начиная с 2016 года этот механизм станет единственной процедурой урегулирования несостоятельности "системно значимых" банков[1]. "Инвесторами", покупающими "конфискационные" облигации, совершенно очевидно предназначенные для спекуляций и махинаций с превращением их в фондовые активы и деривативы, будут сами банки и их теневые структуры. Горячие деньги нужно как-то с выгодой провернуть до того, как все рухнет. Забавно, что "кредит" для покупки конфискационных облигаций сейчас бежит с "зарождающихся рынков", где он был использован для спекуляций с валютой, основанной на разности курсов и процентных ставок. Эти деньги создали ФРС и центральные банки других стран "количественными смягчениями", затыкая пробоины в балансах банков. Спекулятивные операции этого типа начали тонуть, как только ФРС попыталась сократить размеры гиперинфляционной эмиссии. И часть горячих денег, убегающих от убытков спекулятивной торговли в Китае, Бразилии, и других странах, сейчас направляется в самые ободранные экономики Европы — для покупки "инструментов", таких как конфискационные облигации. Вскрытие банковских черных ящиков Балансы мегабанков только трансатлантического региона составляют около 30 триллионов долларов — это дюжина крупнейших банков Европы и США. "Количественные смягчения" ФРС, Банка Англии и Банка Японии увеличили их на 8 триллионов. Только в Европе объем недействующих и фактически обесцененных активов составляет порядка 2 – 2,5 триллионов долларов. Использование "собственных" средств для затыкания дыр в балансах крупных банков предложили Европейская комиссия и Европейский банковский союз, чтобы в конце концов свести эти балансы, используя деньги кредиторов, вкладчиков и налогоплательщиков для компенсации огромных убытков. Это будет сделано после "анализа качества активов" 130 крупнейших европейских банков, который будет проводить Европейский центральный банк до ноября сего года. Регуляторы ЕМУН предполагают, что от 25 до 39 этих банков будут объявлены несостоятельными, будут проданы или закрыты. Вольф Рихтер, банковский аналитик, бывший работник регулирующих органов, сегодня ведущий сайт Investing.com, так описывает процесс: "Европейские банки, как и все другие, длительное время были герметично закрытыми ящиками … О дырах в балансах этих банков, оставленных бесследно растворившимися активами, известно только что они велики. Но насколько велики, никто не знает. И не узнает, до тех пор, пока еврократы не решат, кто заплатит за спасение этих банков" . В связи с ревизией качества активов, или получения "кардиограмм" банков Рихтер цитирует главу ЕЦБ Марио Драги: "Эффективность этого мероприятия будет зависеть от доступности схем рекапитализации банков, включая предоставление общественной помощи … Эти схемы должны быть готовы до того, как мы завершим оценку". Под "схемами" имеются в виду конфискационные процедуры, только что узаконенные европейскими министрами финансов и Европейской комиссией — Единый механизм урегулирования несостоятельности. Но упоминание "предоставления общественной помощи" приоткрывает тайну — конфискации всегда сочетаются с одновременным использованием денег налогоплательщиков, хотя на словах утверждается, что конфискация вкладов и других активов "положит конец спасению банков налогоплательщиками". Например, в ходе скандальной банковской конфискации на Кипре, признанной "образцовой", в двух банках был конфискован 41% депозитов, включая счета выплат по сделкам и текущие счета. Экономика острова рухнула под последующими жесткими мерами экономии. Но в то же время, один из этих банков получил деньги от Европейского фонда финансовой стабильности — 9 миллиардов евро европейских налогоплательщиков, и Банк Кипра расплатился этими деньгами по кредитам Европейского центрального банка. Эллен Браун из Общественного банковского института 29 марта пишет в аналитической статье "Бомба с часовым механизмом банковского союза", посвященной анализу предстоящей конфискации: "Только после того как налогоплательщики и вкладчики останутся у разбитого корыта, поднимется занавес, и убожество несостоятельности банков откроется во всей красе. Ясно, начнется паника, кредиты перестанут выдаваться и банки рухнут, оставляя доверчивую публику с грудой черепков". Гласс-Стиголл или хаос Документ Банка Англии, появившийся в сентябре 2012 года, сдвинувший с мертвой точки идею евроконфискации, недвусмысленно дает понять, что эта политика — следствие отказа разукрупнить крупные банки до их банкротства, то есть, использовать механизм Гласса-Стиголла. Банк Англии писал, что "масштабы операций "глобальных системно значимых банков" (G-SIFIs) слишком велики, сложны и взаимосвязаны для разукрупнения без риска нарушения жизненно важных услуг, которые они предоставляют, поэтому риск убытков должен быть переложен на кредиторов без угрозы для жизненно важных функций этих банков". Таким образом, вкладчики приносятся в жертву для сохранения мегабанков. Жесткие "меры экономии", применяемые к 130 крупнейшим банкам по конфискационному режиму, предполагают, что после того как фиктивные активы размоют частично или полностью капитал банка, и активы упадут ниже уровня банковских обязательств, правительство должно оказать финансовую помощь. Но прежняя помощь и режим экономии уже существенно подорвали возможности правительств для проведения таких операций. Так вот, спасительные фонды Евросоюза не дадут ничего из своих резервов, предназначенных для помощи банкам, до тех пор, пока не будут конфискованы активы вкладчиков и держателей ценных бумаг. И следующий ход: банк выворачивает пустые карманы перед незастрахованными вкладчиками, и "привлекает их к операции спасения" — раздает пустые акции в качестве компенсации за ценные бумаги, на которые был объявлен дефолт. "Конфискационные облигации" как раз из этой категории "активов". Эта операция может как-то залатать балансы мегабанков, и даже нарастить их "капитал", но большая часть "активов" банков — финансовые деривативы, так называемые "квалифицированные финансовые контракты", объем которых огромен, и партнеры (другие банки и теневые банки) могут захватить банковские залоги. Красочный пример пиршества стервятников на деривативах — банкротство города Детройта. С приливной волной, смывающей капиталы и "активы" придет и следующая кара — конфискация незастрахованных вкладчиков. Со счетов спишут реальные деньги и взамен предложат сомнительные банковские акции. Обязательства европейских мегабанков в США или странах Азии также подлежат конфискационной стрижке. Европейские фонды государственной помощи, ресурсы налогоплательщиков также используются для нужд ЕМУН и других схем. Но масса деривативных контрактов, каждый из которых вырвет свой фунт мяса, будет обесценивать новый "капитал" как только он будет появляться после конфискаций. Тогда начнется четвертый акт — конфискация застрахованных депозитов, обеспеченных кредиторов, и т. д. С конфискациями не будут медлить до видимого обрушения банков. Они начнутся заранее, и сами по себе могут спровоцировать обвал. В этом глубинный смысл появления "конфискационных облигаций". Примечания [1] Восьмого апреля Банк Англии вставил лом в Единый механизм урегулирования несостоятельности. В Financial Times появилась статья "Соглашение Евросоюза по банкам в тяжелом финансовом положении под угрозой разрушения". Англичане, в полной гармонии со своей старой как мир практикой, застенчиво отмежевались от конфискации вкладов в своих банках, т. е., политики, которую сами навязали Европейскому союзу на встрече министров финансов 20 марта. В ваших (континентальных) банках вклады будут конфисковываться, а "нашим, лондонским банкам" продолжится государственная помощь, — такой английский подход поставил на грань хаоса и без того безумную политику очистки карманов вкладчиков. Как пишет Financial Times, "Британия сталкивается с возражениями некоторых членов ЕС, когда она пытается сохранить функции Банка Англии как скрытого кредитора в последней инстанции в чрезвычайных обстоятельствах … Англичане хотят уточнить, что центральные банки могут предоставлять ликвидность даже когда они опираются на конкретные правительственные гарантии без стрижки владельцев облигаций". Дания и Чехия тут же заявили, что они настаивают на чисто конфискационной модели, а Франция, Италия, Швеция и Португалия потребовали для себя права оказания банкам правительственной помощи без конфискации вкладов. Даже если бы у этих стран были для этого ресурсы, а их нет, Европарламент и министры экономики и финансов Евросоюза уже проголосовали против этого. Англичане рассчитывают на помощь тупого гиганта — ФРС США, которая поможет Банку Англии удержать на плаву английские банки и их деривативы. Сейчас они пытаются развернуть дело так, чтобы все остальные члены ЕС с этим смирились. Осталось узнать, как отреагирует Германия. Английский оригинал статьи опубликован в журнале EIR от 4 апреля 2014 года. | 
