На 30 ноября этого года назначено заседание МВФ, в ходе которого будет решаться вопрос о включении юаня в состав резервных валют фонда. Несмотря на ажиотаж мировых СМИ по поводу заявления главы МВФ Лагард о ее поддержке китайской стороны, оптимизм по поводу включения юаня в корзину SDR, как и финансовое значение такого шага – весьма преувеличены. С другой стороны, эффект, который окажет очередной отказ МВФ на внутреннюю политику Китая, трудно переоценить.
Последнее заседание МВФ по китайскому вопросу прошло 4 августа этого года. Однако юаню было отказано войти в "элитный клуб западных валют", несмотря на очевидные успехи юаня, который вопреки кризису на сокращение внешней торговли и обвалу бирж, занял уже более 3% международных расчетов, обогнав японскую йену. Последняя, к слову, уже входит в состав SDR. Кроме этого, Китай запустил собственный аналог SWIFT, запустив систему CIPS, в Китае прошла тест работу собственная "нефтяная" и "золотая" биржи. Все это значит, что Китай полностью готов к запуску автономной от США зоны торговли в юанях, главным партнером которой на западе станет Великобритания. Сегодня все сводится к идеологическому и даже метафизическому вопросу в элите Китая - зависим ли Китай от США или "право имеет" на собственный путь в многополярном, в том числе и финансовом мире.
"Не важно, кто голосует, важно, кто считает"
Основное препятствие для "международного признания юаня" - ведь именно пиар-значение носит включение юаня в корзину валют МВФ - это позиция Японии и США, на которых приходится подавляющее большинство "голосов" в МВФ.
С 5 августа позиции США и Японии не поменялись, но даже стали значительно жестче. В октябре этого года под эгидой США и Японии возникла торговая зона Транстихоокеанского партнерства, которую сразу же окрестили "антикитайской" - такой шаг трудно назвать дружественным по отношению к Китаю и его валютно-торговой политике. Более того, США зафиксировали прямую связь между давлением на Китай и его уступками в экономике в непростое для него время. ТПП, а также демонстративный ввод американского авианосца "Теодор Рузвельт" в Южно-Китайское море, которое Китай официально объявил своей суверенной территорией, не только не привели к разрыву китайско-американских отношений, напротив – Китай увеличил свои вложения в американскую экономику, нарастил ЗВР в долларах, а также беспрецедентно увеличил торговый оборот с США, став их самым большим торговым партнером.
Желание европейских чиновников, в частности Лагард, оттянуть Китай на "европейскую" сторону, и даже наличие китайцев (а точнее шанхайцев) в высшем руководстве фонда – не дало результат в августе, не даст его и сейчас. Стимулирующие и ободряющие намеки Казначейства США о том, что юань "в целом близок к рыночному курсу" - остаются лишь приманкой для китайского либерального блока, все еще надеющегося на интеграцию Китая и США в единое пространство Chimerica.
Множество экспертов называют ТПП – инструментом давления на Китай, который в конечном счете должен будет заставить страну идти по пути либеральных реформ. В такой же инструмент превращается и МВФ. Однако экономика – это база для политики, и оказывая давление на проамериканский экономический блок в партийной элите, США по сути дела стимулирует внутренние противоречия в Компартии Китая, которая и так находится не в лучшей идеологической форме.
Британское ИА Reuters отметило беспрецедентную кампанию в СМИ Китая, связанную с терактом в Париже. Вдруг китайские СМИ показали свою решимость бороться с терроризмом во всех его проявлениях, хотя не демонстрировали ранее этого ни при одном из недавних терактов.
Неудивительно, ведь всего пять дней спустя после опубликования решения МВФ от 4 августа, призвавшего Китай отпустить курс юаня, и его первой девальвации за последние 25 лет, в печати появилась весьма резкая политическая статья в отношении "шанхайцев", а двумя днями позже в Тяньцзине прогремел невиданный по силе взрыв, повлекший гибель почти 300 человек, без всякого сомнения, повлекший перераспределение власти в элите.
Экономика тесно привязана к политике, трудно назвать последние аресты вице-мэра финансового мегаполиса Шанхая Ай Баоцзюня, а также пятничный арест главы Комиссии по регулированию рынка ценных бумаг (Шанхай) Яо Гана – шагами, укрепляющими позиции юаня в будущем голосовании МВФ.
Отказ МВФ от принятия юаня в корзину SDR больно бил по монетарным властям КНР, который так или иначе связаны с "шанхайским блоком" в Компартии Китая. В то же время отказ МВФ укреплял позиции альтернативной группы экономистов, настаивающих на экономической конфронтации или соперничестве с США и стратегией постепенного захвата юанем новых рубежей – в том числе и через создание Экономического пояса Шелкового пути – зоны, где в торговле бы преобладал юань. Эта стратегия подтверждается практикой – только за последние три года без какого-либо международного признания объем торговли в юанях увеличился в три раза.
Впрочем, еще в конце октября неназванные источники нью-йоркского Bloomberg сообщили, что "Пекин, обнадеженный чиновниками МВФ, уже готовит победные заявления" о включении юаня в корзину SDR. Если все же "победные знамена" придется отложить в чулан, то не исключено, что Китай вновь ожидают интересные изменения монетарной политики – например, очередная девальвация, за которой могут последовать и одновременные сдвиги в политической ситуации в стране.
