Литовские экспортеры жалуются, что Китай, ранее отозвавший своего посла из Вильнюса, отказался от их продукции, пишет Delfi.lt. Крупные китайские торговцы древесиной намерены покинуть Литву. Молочноперерабатывающий комбинат Vilkyškių pieninė сообщает об остановке экспорта. Даже литовское зерно больше не покупают в Китае.

В прошлом году Китай был 13-м среди крупнейших партнеров Литвы — общий товарооборот оценивается на сумму € 1,5 млрд. Правда, торговля в основном шла в одностороннем порядке: Китай продал Литве товары за € 1,2 млрд, а Литва экспортировала товары на сумму € 0,3 млрд.

Директор литовской компании Medvita, торгующей древесиной, Арунас Залецкис сказал, что 99% товаров они продавали в Китай. Сейчас продажи остановились и Залецкис намерен перенести свою компанию из Литвы. «Китайцы нигде не хотят видеть литовские компании», — жалуется бизнесмен.

Директор Vilkyškių pieninė Гинтарас Берташюс не скрывает разочарования, — по его словам, если правительство Литвы раньше побуждало предпринимателей завязывать торговые отношения с Китаем, то сейчас все ровно наоборот. «Наш экспорт останавливается, это факт», — констатирует Берташюс.

Скупщики и экспортеры зерна уже больше года наблюдают явное ухудшение отношений с Китаем.

«Китайские партнеры пользуются любым поводом для расторжения отношений», — признал президент Литовской ассоциации переработчиков и экспортеров зерновых, глава предприятия Agrokoncerno grūdai Каролис Шимас.

На этой неделе сообщили о том, что в Литву не будут приходить поезда из Китая — логистическим компаниям придется налаживать импорт через Польшу. Однако литовские экономисты пытаются успокоить население, — по их мнению, ничего страшного не произошло.

«После того как уйдет Китай, даже если прибавить влияние американских санкций на транзит белорусских удобрений, это будет потеря всего 0,5% роста ВВП», — считает литовский экономист, работник местного филиала шведского банка Swedbank Нериюс Мачюлис.

Мачюлис, по его словам, «в принципе не склонен драматизировать» ситуацию с разрушением экономических связей Литвы с Китаем и Белоруссией.

«Торговые связи слишком слабые. Если взглянуть на экспорт литовской продукции в Китай и Беларусь, то это меньше 1%. Тут зависимость небольшая. Больше зависимость от экспорта услуг в Беларусь, особенно с железнодорожными перевозками и работой порта в Клайпеде. Компания „Литовские железные дороги“ может потерять 1/3 доходов от перевозки, а порт около 1/5, если связи с Беларусью полностью прекратятся», — считает экономист.

Он заверил, что зависимость промышленности Литвы от этого рынка невелика.

«Беларусь и Китай немного значат для Литвы, экономические связи с ними слабые, мы туда ничего не экспортируем. Потеряем доходы от транзита, и все», — успокаивает Мачюлис.

Он считает, что если Александр Лукашенко решит ограничить импорт товаров с Запада, то от этого больше пострадают сами жители Белоруссии, а Литва получит пользу.

«Возможно, уменьшится контрабанда сигарет из Беларуси — меньше товаров, среди которых можно прятать контрабанду. Сейчас в Литве каждая 5-я пачка сигарет — контрабандная. Чем меньше транзита, тем меньше может быть и контрабанды», — считает Мачюлис.

Еще больше пользы, по его мнению, может принести «принципиальная позиция Литвы в отношении Тайваня».

«Мы уже слышали о том, что в Литве, возможно, планируют построить завод по производству микропроцессоров и полупроводников с помощью тайваньских специалистов. Если эти планы стоимостью 2,5−3 млрд евро осуществятся, то эта победа в разы будет больше потерь», — сказал экономист.

Белорусский политолог Юрий Шевцов прокомментировал новость о разрыве литовско-китайских экономических отношений следующим образом: «Политический выбор Литвы — это выбор маленького угасающего народа. Маленький народ пытается остаться хоть немного видимым. Так свеча вспыхивает, перед тем как погаснуть. Я бы не искал в этом поведении Литвы какого-то большего смысла. Нет, конечно, есть игры внешних сил, которые используют остатки жизненной энергии умирающего народа. Но это — мелочи. Потенциал литовцев к какой-то политике мизерен. И интерес к ним — тоже. Это действительно с точки зрения истории конвульсии».