Чтобы оценить расстановку сил на мировой арене, следует помнить вот о чем: по прогнозам, в будущем году экономический рост будет наблюдаться в развивающихся экономиках, а вовсе не в развитых странах. Именно это занимало умы членов "Группы 20", куда входят как основные развивающиеся, так и развитые страны, во время встречи в Вашингтоне. Итак, в этом году от развитых экономик мира роста ждать не приходится. Экономическая подоплека саммита - это новый прогноз Международного валютного фонда в отношении мировой экономики. Больше всего пугает не то, что МВФ прогнозирует отрицательный рост основных экономик в следующем году, - это было вполне ожидаемо, - а, скорее, размах и стремительность падения. Предыдущие данные были получены в октябре, получается, что всего за месяц МВФ отказался от своих ожиданий замедления темпов экономического роста в крупнейших экономиках в пользу фактического сокращения. На данный момент очевидно одно: стремительность замедления роста и нагрузка, которую испытывают крупные развивающиеся страны, ставят крест на росте мировой экономики в следующем году.
Происходящее имеет двоякое значение. С одной стороны мы наблюдаем циклический спад, который существенно расширил словарный запас современного человека. Складывается впечатление, что сегодня все отлично оперируют такими терминами, как межбанковская процентная ставка, субстандартный, безнадежные долги, отрицательная ликвидность и т.д. Всего два года назад кто-то терпеливо объяснял мне, что такое облигации, обеспеченные долговыми обязательствами, и говорил, что в первую очередь нужно беспокоиться о них, а не о хеджевых фондах. Также все спорят о том, какую форму имеет спад: глубокую V-образную или неглубокую U-образную и т.п. В общем, цикл никого не оставил равнодушным. Кроме того, происходят структурные изменения, которые заключаются в усилении влияния стран развивающего мира. Цикл ускоряется по мере изменения структуры. В 90-х гг., когда развитые страны переживали свою последнюю рецессию, Китай и Индия были практически не связаны с ними. Поэтому очень быстрый рост Китая по сравнению с Европой и Северной Америкой никак не повлиял на баланс сил. Сейчас же он меняет его кардинальным образом. По всей вероятности, если не в этом, то в следующем году Китай обгонит Германию и станет третьей по величине экономикой в мире.
Таким образом, обсуждения, начало которым было положено на встрече в Вашингтоне, будут продолжены в течение следующего года. По-видимому, на сей раз будет решено отправить экономику в свободное падение с тем, чтобы пересмотреть принципы ее управления и не допустить этого в следующий раз. Это означает, что быстро растущим странам будет предоставлено право голоса в выборе будущего направления действий. Возможно, это поможет возобновить рост в ближайшей перспективе. Снижение официальных процентных ставок работает, и без сомнения, в США снизят их даже больше, чем в Великобритании и Еврозоне. Но они и так находятся на таком низком уровне, что дальнейшее снижение не сыграет особой роли, - и это еще одна причина для беспокойства. В то же время Банк Англии тоже может пойти на дальнейшее снижение, хотя в условиях отсутствия денег, в этом нет особого смысла. Что касается фискальной политики, то в этом плане в большинстве экономик ожидается своеобразный рост. Однако его разумность остается под вопросом. Правильно ли поступает правительство Великобритании, занимая 100 млрд. фунтов стерлингов ежегодно? Посмотрим, какую сумму назовет Алан Дарлинг в своем предварительном отчете по бюджету на 2009-10 гг. Существует еще более пугающая вероятность, - что все дополнительные заимствования не дадут никакого результата.
Побегут ли люди покупать новую машину только потому, что их налоги уменьшились на несколько сотен долларов? Вместо этого они, скорее всего, захотят оплатить счета по своим кредитным картам. Пример огромного фискального дефицита в Японии в 90-х гг. не внушает особого оптимизма. На протяжении пяти лет стране удавалось оттягивать рецессию, но когда в 90-х гг. она, наконец, наступила, то была очень серьезной. Стареющее население Японии прогибается под тяжестью невероятно больших долгов, превышающих долги любой крупной развитой страны. К счастью, экономики, предоставленные сами себе, обладают способностью к самоизлечению, а потому разумно рассчитывать на возобновление роста в 2010 г. Основная задача властей - не допустить усугубления ситуации. Однако после того как экономики вновь начнут расти, мир станет совершенно другим. Не вызывает ни малейших сомнений то, что банки станут более осторожно выдавать кредиты, а компании - добиваться полной безопасности своих финансов.
Кроме того, усиливается влияние Азии, что, безусловно, приведет к реформированию всей системы. Одно из предлагаемых решений заключается в том, чтобы Китай и Япония предоставили свои огромные резервы МВФ, чтобы помочь странам, испытывающим самые серьезные финансовые трудности. В то же время в среднесрочном плане стоит вопрос о том, каким образом центральным вашингтонским организациям следует изменить свои процедуры голосования, структуры управления, основные цели и т.п. Это очень серьезный вопрос, который предполагает тщательное обдумывание, а не внесение резких изменений. МВФ и Всемирный банк вынуждены учитывать расстановку экономических сил на данный момент, а не сто лет назад. Судя по наметившимся тенденциям, Китай обгонит США и станет крупнейшей экономикой в мире через 20 - 25 лет, и МВФ и Всемирному банку приходится с этим считаться. Тем временем, лишь одна проблема внушает серьезные опасения. Как, пытаясь восстановить мировую экономику, избежать ошибок прошлого? Как, скажем, предотвратить еще один кредитный пузырь, или оборвать зависимость США от азиатских накоплений? Экономический цикл отменить нельзя. У нас хватает ума даже не пытаться это сделать. Но мы должны смягчить самые серьезные из его последствий, как во время текущего движения вниз, так и во время роста, который, будем надеяться, ожидает нас в 2010 году. Служебная записка финансовым властям: "могло быть и лучше".
Конец "гламурной" благотворительности?
Кризис кредитования вызвал столько катастроф, что его влияние на благотворительные организации осталось без внимания. Падение цен на активы нанесло по благотворительным фондам, живущим за счет пожертвований, даже более сильный удар, чем по коммерческим компаниям. Некоторые из крупных благотворительных институтов, например, фонд, основанный Биллом и Мелиндой Гейтс и Уорреном Баффетом, может, и не пострадают, но другим точно придется тяжело. Так, пожертвования в некоторые из университетов в США сократились на треть, а предоставители стипендий в Великобритании вынуждены отзывать свои предложения, из-за того, что не в состоянии их финансировать. В особой опасности находятся общества, сделавшие нетрадиционные инвестиции, в т.ч. в хеджевые фонды, хотя вся благотворительность в целом переживает тяжелые времена. В Великобритании благотворительные организации больше всего пострадали от потери дивидендного дохода от банков. Они понимают, что после потерь капитала рынки в конечном итоге восстановятся, но без дивидендного дохода не могут сохранять текущий уровень расходов и удерживаться на плаву.
И это еще не все. Давайте забудем о проблемах с пожертвованиями и задумаемся о том, что ждет благотворительность в целом. Останется ли ее популярность на таком же высоком уровне? Вскоре будет опубликована книга "Филантрокапитализм", написанная Мэтью Бишопом из The Economist и Майклом Грином из Министерства Международного Развития Великобритании. Ее основная идея отражена в подзаголовке: "Как богатые могут спасти мир, и почему мы не должны им мешать". Основная мысль заключается в том, что у богатых гораздо лучше, чем у правительства, получается мобилизовать ресурсы: не только деньги, но также таланты и связи. Попытки Билла Гейтса искоренить малярию хорошо иллюстрируют успех частного лица там, где бессильны правительства и международные агентства. Авторы утверждают, что "группа богатых мотивированных дарителей может изменить мир". К ним относятся люди с большим состоянием, звезды кино и эстрады (Боно и Анжелина Джоли) и бывшие политические деятели (Билл Клинтон и Тони Блэр). Несмотря на то, что финансовые ресурсы могут быть небольшими (в США пожертвования составляют 1,67% от ВВП, а в Великобритании - 0,73%), известность помогает открывать нужные двери. Однако в связи с этим возникает много вопросов. Некоторые обеспокоены тем, что группа знаменитых людей будет обладать такой властью. А те, кто, как я, поддерживает данное явление, переживают, что благотворительность достигла наивысшей точки, и тяжелые времена (и более высокие налоги) остановят ее рост. Бишоп и Грин совершенно правы, заявляя, что усиление влияния правительства ограничит свободу действия "социальных инвесторов".
Хамиш Макрей
По материалам The Independent |
