Россия будет продумывать и реализовывать правовые механизмы по возвращению скифского золота, но надеяться на позитивный результат новых апелляций в европейских судах до окончания СВО не стоит, рассказали «Известиям» российские политики и музейные деятели. Вынесенный вердикт — оставить в силе решение о передаче скифского золота Украине — нарушает нормы межмузейного обмена, подчеркивают эксперты, но поскольку Голландия заняла антироссийскую позицию, итог был ожидаемым. Однако обоснованием своего решения суд фактически признал воссоединение Крыма с РФ и это важный юридический прецедент, отметили в Совфеде. О том, какова теперь будет судьба сокровищ Крыма, — в материале «Известий».

Конфликт вокруг сокровищ скифов — коллекции из 2 тыс. золотых предметов, найденных в скифских курганах в Крыму, — тянется с 2014 года. Четыре крымских музея — Керченский историко-культурный заповедник (ныне Восточно-крымский историко-культурный музей-заповедник), Центральный музей Тавриды, Бахчисарайский историко-культурный заповедник (ныне Бахчисарайский историко-культурный и археологический музей-заповедник) и Национальный заповедник «Херсонес Таврический» (ныне Государственный историко-археологический музей-заповедник «Херсонес Таврический») — еще до воссоединения Крыма с Россией отправили раритеты на выставку «Крым — золото и секреты Черного моря» в голландский музей Аллада Пирсона.

Через месяц после референдума Киев потребовал вернуть экспонаты не музеям Крыма, а министерству культуры Украины. Дело в 1916 году попало в окружной суд Амстердама, который постановил, что крымские экспонаты должны быть переданы украинскому государству в соответствии с голландским законом о культурном наследии.

В российском Минкультуры тогда заявили, что решение суда нарушает нормы международного права и принципы межмузейного обмена, и в январе 2017 года музеи, владевшие экспонатами, подали апелляцию. 26 октября 2021-го апелляционный суд Амстердама подтвердил вердикт предыдущей инстанции. После чего спор перешел уже в Верховный суд Нидерландов. Но и он сегодня объявил, что коллекция должна быть возвращена Украине.

Вердикт не стал сюрпризом, подтвердили «Известиям» все опрошенные спикеры.

— То, что произошло сегодня, было ожидаемо уже с того момента, когда Нидерланды дали понять, что заняли явно проукраинскую позицию в этом вопросе. Это решение нарушает вообще все принципы общения культурного и межмузейного обмена. Если происходит временная выдача, то по завершению выставки музей, который организует это на своей площадке, должен вернуть экспонаты. В данном случае этого не произошло. Совершенно понятно, что это чисто политическая история, — уверен гендиректор Государственного Исторического музея, член президиума Союза музеев Алексей Левыкин.

Оспаривать тем или иным образом вердикт голландского суда можно, но толку будет мало, отмечают юристы.

— Возможен вариант обжалования в порядке надзорной процедуры, которая предусмотрена законодательством Нидерландов, но предположу, что геополитические аспекты могут оказать свое негативное влияние на исход спора, — поделился с «Известиями» Дмитрий Горбунов, партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры». Алексей Левыкин солидарен с этим мнением.

Россия понимает, что в нынешних условиях подобные инстанции не выносят справедливых и законных решений, подтверждает скепсис юристов и музейщиков зампред комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре Екатерина Алтабаева.

— Конечно, сейчас мы будем продумывать и реализовывать правовые механизмы по возвращению этой собственности. И в этом смысле сегодняшнее время — это как раз время для решения таких вопросов, — подчеркнула сенатор.

Решение проблемы скифского золота сегодня напрямую зависит от выполнения задач СВО, отмечают политики.

— После этого будет другой диалог с Западом, и я не сомневаюсь, что этот актив, как и многие другие, вернется. Напомню, что во Франции была арестована морозовская коллекция, но Российская Федерация решила этот вопрос. Нажала на больные места. Может, не все наши граждане это заметили, но это было сделано. У нас есть рычаги в каждой точки планеты. Вопрос времени, — уверен первый заместитель председателя комитета Государственной думы по контролю Михаил Романов.

В свою очередь, зампред Совфеда Константин Косачев обращает внимание на любопытную деталь: в обосновании своего решения Верховный суд Нидерландов признал факт воссоединения Крыма с Россией. И юридически именно это обстоятельство стало решающим в данном деле.

В части 2 опубликованного решения «Принципы и факты» Верховный суд Нидерландов написал следующее:

«6 марта 2014 года парламент Автономной Республики Крым (АРК) согласился отделиться от государства Украина и присоединиться к Российской Федерации. Впоследствии, 16 марта 2014 года, АРК провела референдум, в ходе которого проголосовала за присоединение к Российской Федерации. 18 марта 2014 года, согласно договору о присоединении, АРК вошла в состав Российской Федерации (п. VI)».

— Это именно прецедент юридический, а не политический, но очень серьезный и важный. Вопросы признания или непризнания независимости государств и их границ — это всегда вопросы государственного уровня. Но понятно, что, для того чтобы соответствующие позиции либо принимать, либо оспаривать, важна юридическая оценка. И в данном случае она прозвучала. С моей точки зрения, впервые. Решение, принятое на столь высоком юридическом уровне, отсылает к свершившемуся факту — изменению статуса Крыма, который более не является частью государства Украины, но является частью государства России, — подчеркнул Константин Косачев в беседе с «Известиями». — Это доставит большую головную боль юридическим инстанциям всех без исключения государств, которые не признают факт принадлежности Крыма Российской Федерации.

Одна из главных проблем теперь — сохранность коллекции. Директор ГБУ Республики Крым «Центральный музей Тавриды» Андрей Мальгин в беседе с «Известиями» отметил, что если Амстердам решит передать предметы Киеву, они могут оказаться под угрозой.

— Передача в Киев — это чрезвычайно рискованное дело, учитывая идущую спецоперацию и зная отношение к культурному наследию, которое Украина демонстрировала всегда. Конечно, нас беспокоит сохранность этих предметов, — заявил Андрей Мальгин.

Впрочем, прогнозировать, какое решение будет принято и где коллекция окажется теперь, проблематично, отмечает спикер. Равно как преждевременно говорить и о дальнейших действиях России по возврату экспонатов — стратегия пока не выработана. Борьба продолжится, но, вероятно, уже в иных геополитических реалиях.