Антон Андреевич, как будет изменен механизм параллельного импорта в 2025 году?
Антон Алиханов: Механизм рабочий и пользуется спросом, поэтому мы выступаем за его продление на 2025 год с важной оговоркой про дальнейшее сокращение перечня. Поправки, наделяющие Минпромторг России полномочиями утверждать перечень товаров, разрешенных для параллельного импорта, будут подготовлены во второй половине года.
Мы в тесном контакте с бизнесом и коллегами из других ведомств. Продолжим проводить мониторинг ситуации с импортными поставками, чтобы по мере замещения товарных позиций брендами, произведенными в России или в дружественных странах, принимать решение об исключении этих позиций из перечня параллельного импорта.
Какие позиции могут уйти из перечня?
Антон Алиханов: Не могу пока их называть, потому что работа еще идет. Этот год станет минусовым в хорошем смысле слова. Некоторые товарные позиции мы уже начали исключать и сейчас работаем над большим списком исключений - около 600. Это то, что мы проработали совместно с бизнесом. Понятно, что механизм носит хоть и среднесрочный, но все-таки временный характер.
Стимулирование импорта изначально было направлено на те ниши, в которых российским производителям требовалось больше времени для обеспечения потребностей как промышленных предприятий, так и конечных потребителей. Никогда не шло речи о том, чтобы распространять механизм параллельного импорта на все сектора экономики. При этом сегодня российские компании "закрывают" все больше номенклатуры промышленных товаров, что позволяет перейти к сокращению перечня.
Когда будет вынесен в Госдуму законопроект о "российской полке"? Каких товаров он коснется? Какова будет квота для российских товаров?
Антон Алиханов: Есть шанс, что законопроект внесем в Госдуму в осеннюю сессию. Он поддерживается органами власти, точные параметры пока прорабатываются. Опробовать механизм квотирования предполагается на тех категориях потребительских товаров, в которых у нас уже имеются существенные производственные возможности. В первую очередь, это бытовая химия, косметика, парфюмерия, средства гигиены - зубные пасты, средства для стирки, гели для душа, дезодоранты. У нас нет задачи полностью отказаться от импорта в этих категориях, будем аккуратно подходить, чтобы объем производства превышал тот объем квоты, который мы планируем устанавливать на конкретные товарные позиции. Посмотрим, как в этом секторе работает "российская полка", и оценим целесообразность распространения механизма на другие группы товаров.
Мы занимаем позицию разумного протекционизма в отношении наших производителей - в первую очередь, продуктов питания. В результате доля произведенных в России продовольственных товаров поднялась с 65% до 80%. Уверен, той же динамики нужно добиться и в отношении непродовольственного сегмента, где доля импорта пока еще превышает половину оборота потребительских товаров.
При этом огромную номенклатуру непродовольственных потребительских товаров мы в состоянии производить и делать это очень качественно. Во многих отраслях есть существенные резервы мощностей. Например, в парфюмерно-косметической отрасли и бытовой химии недозагруженность варьируется от 40% до 60%.
По данным ВЦИОМ, большинство россиян или продолжают покупать товары российского производства, как и раньше, или стали делать это чаще. Результаты опроса свидетельствуют и о высокой доступности российских товаров на полках магазинов. Важно, что больше половины опрошенных хотели бы, чтобы ассортимент отечественных товаров увеличивался. Так что запрос на "российскую полку" сформирован со стороны как производителей, так и потребителей.
По разным товарам и квота может быть очень разной, в зависимости от возможностей нашей промышленности, потребительского спроса и многих других факторов. Я бы сказал, разброс может быть от 10% до 70%, но в любом случае при установлении квоты должны соблюдаться три важных условия. Во-первых, квота существенно увеличивает сбыт отечественной продукции. Во-вторых, квота не превышает существующих производственных возможностей. В-третьих, квота сохраняет умеренную долю импорта для поддержания ассортимента и уровня внешней конкуренции. В любом случае и категории товаров, и размеры квот будут определяться подзаконными актами.
Будет ли расширена на новые категории программа льготного автокредитования во II полугодии 2024 года?
Антон Алиханов: Будем смотреть на динамику рынка. В прошлом году она была неплохой по сравнению с 2022-м - 1,3 млн автомобилей продали. В апреле "АвтоВАЗ" показал лучшие ежемесячные продажи за 12 лет: реализовали более 45,5 тыс. автомобилей.
При необходимости мы можем перераспределять деньги льготной программы. В прошлом году по кредитной программе было реализовано 27 тыс. автомобилей, по льготному лизингу 35 тыс. Этого было достаточно для того, чтобы поддержать рынок.
Программы стимулирования спроса, в том числе программа льготного автокредитования, - это гибкий механизм, который реагирует на изменения автомобильного рынка. Минпромторг России внимательно отслеживает и анализирует его текущие тенденции и динамику, уровень спроса и доступности автомобилей. В случае существенного снижения продаж будут приниматься сбалансированные решения.
Промышленность испытывает серьезный дефицит кадров. Сколько сотрудников сейчас не хватает предприятиям? И начал ли дефицит кадров в промышленности снижаться?
Антон Алиханов: Дефицит секторов обрабатывающей промышленности оцениваем в 240 тыс. специалистов разных профессий. Это острый вопрос - обеспечение высококвалифицированными кадрами. Но тут важно думать на перспективу, поэтому кадровые потребности по всем секторам обрабатывающей промышленности актуализировали до 2030 года. Совокупно необходимо будет привлечь еще 1,7 млн человек.
Однозначного ответа, как решить эту проблему, нет. Одна часть решения - это образование. Мы продолжаем активную работу по подготовке кадров совместно с Минпросвещения. Работает доказавшая свою эффективность программа "Профессионалитет", в рамках которой реализуется новый отраслевой подход к подготовке кадров.
Также в партнерстве с более чем 160 компаниями создано 50 инженерных школ, из них 41 привлечена к подготовке кадров в отраслях промышленности. Кроме того, запланированы подготовка и переподготовка более 120 тыс. кадров по сквозным технологиям цифровой экономики и приоритетным направлениям развития техники и технологий по более чем 1,6 тыс. программам обучения, в том числе программам опережающей подготовки инженерных кадров.
Вторая часть ответа - это, конечно, роботизация и автоматизация. Потребность в кадрах меняется - у нас возникают целые отрасли, идет трансформация самих производств, внедряются технологии роботизации, повышается производительность труда.
Мы видим, что у нас появляются свои производители такого оборудования. Но, конечно, очень много работы еще предстоит с интеграторами этих решений. Мало произвести, нужно еще и показать экономически эффективные модели внедрения роботов и процессов автоматизации в производстве. Не всегда бизнес готов в это идти, не имея четких расчетов того, к чему это в итоге приведет. Но очевидно, что с ростом заработных плат некоторые решения будут становиться более привлекательными.
На какой стадии создание нашей промышленной зоны в Египте?
Антон Алиханов: Мы ждем ратификации со стороны Египта. На встрече с министром торговли и промышленности Египта договорились о том, что повторно предоставим все материалы по мастер-планированию территории и другим аспектам, а также компании, которые заинтересованы в создании зоны. Сейчас обновим эту повестку и будем, надеюсь, быстрее двигаться в сторону реализации этого проекта.
Идут ли переговоры о создании наших промзон в других странах?
Антон Алиханов: Пока не хочу анонсировать то, что только в проработке. Но в рамках международных двусторонних встреч на Форуме обсуждали среди прочего реализацию отдельных инициатив, связанных с логистикой, складским комплексом, возможностями для наших экспортеров. Нам, очевидно, нужны дополнительные инструменты, которые поддержат открытие новых рынков в Азии, Африке, Латинской Америке.
