Комиссия по ценным бумагам и биржам объявила в понедельник, что началось расследование в отношении двух десятков финансовых компаний с целью определения, использовали ли они методы бухгалтерского учёта, сходные с обнародованными недавно при расследовании банкротства Lehman Brothers.

Где же была Комиссия по ценным бумагам?

Уже сегодня очевидно, что бухгалтерский баланс Lehman Brothers являлся липой накануне банкротства, послужившего триггером для начала самого тяжелого финансового кризиса со времен Великой депрессии 1929 года. В недавнем докладе экспертов, исследовавших подробности банкротства Lehman говорится, что почти всем на Уолл-Стрит было известно с того момента, как фирма рухнула, что Lehman обманывал инвесторов. Даже Хэнк Полсон (Hank Paulson) в своих воспоминаниях говорит, что бухгалтерский баланс Lehman – фальшивка.

Для того, чтобы все выглядело так, что он мог привлекать со стороны $ 30 на каждый доллар собственных денег, Lehman смещал балансовые обязательства на конец каждого квартала. Его сертифицированный ревизор компания "Ernst and Young" одобряла подобные махинации вопреки советам одного из своих сознательных работников, который был уволен.

Методы Lehman не могли сильно отличаться от деятельности любого другого крупного банка на Уолл-Стрит. В конце концов, все они конкуренты, работающие в одном бизнесе, и используют одинаковые методы. Lehman просто рухнул первым, вызывая финансовые пертурбации, которые заставили Джорджа Буша предупредить: "эти болваны могут рухнуть", если федеральное правительство на выделит сотни миллиардов, чтобы спасти их.

Иными словами, программа TARP прикрыла активы и задницы других банкиров.

Теперь мы знаем, например, что Goldman Sachs помог Греции скрыть свой государственный долг, а затем заключал финансовые сделки на то, что Греция объявит дефолт, используя кредитные дефолтные свопы, чтобы избежать рисков для собственного капитала. Эту же тактику Goldman использовал против American International Group (AIG): скрыть пузырь, а затем поставить против него, многократно увеличивая риски для инвесторов и налогоплательщиков. При этом используя деривативы для сокрытия рискованных игр с бухгалтерского баланса. Даже сегодня никто не знает, какова реальная стоимость сложных деривативов, лежащих в основе этих и связанных с ними действий, вот в чем штука.

Конгресс в настоящее время пытается придумать законы, способные предотвратить подобное в будущем. А Уолл-Стрит предпринимает меры, чтобы остановить Конгресс. На сегодняшний день откаты политической верхушке, сделанные Уолл-Стрит, похоже, работают. Предложенное законодательство по-прежнему позволяет тайную торговлю деривативами в виде валютных свопов (подобно тому, что Goldman использовал, чтобы помочь Греции скрыть свой дефицит) в сделках между крупными банками и многими из их корпоративных клиентов (как AIG).

Но подождите. У нас уже есть закон, направленный на прекращение такого рода мошенничества. Это называется закон Сарбейнса-Оксли (Sarbanes-Oxley Act) от 2002 года.

Вспомните ставшие общим достоянием почти десять лет назад корпоративные скандалы, когда финансовые балансы Enron, WorldCom и других оказались подделкой, что заставило многих инвесторов потерять все. Почти каждый крупный инвестиционный банк сыграл свою роль в мошенничестве, не только консультируя компании, но и призывая инвесторов покупать их акции, хотя банковские аналитики часто описывали их как мусор.

Акт Сарбейнса-Оксли (Sarbox, как это сейчас называют) был разработан, чтобы остановить эту практику. Он требует от генеральных директоров и других руководителей взять на себя личную ответственность за точность и полноту финансовой отчетности своей компании и за создание внутреннего контроля для обеспечения точности и полноты отчетов. Если это не делается, то они должны подвергаться штрафам и уголовной ответственности.

Sarbox имеет непосредственное отношение к внебалансовым деривативным играм, в которые играл и продолжает играть Уолл-Стрит. Ни один генеральный директор ни одного банка не сможет добросовестно свидетельствовать о точности и полноте своих финансовых отчетов, поскольку наличие деривативов гарантирует, что отчеты неполны и обманчивы.

И все-таки, где была Комиссия по ценным бумагам?

Несколько недель назад я был на коллегии с бывшим председателем Комиссии по ценным бумагам и биржам, которого спросили, почему комиссия до сих пор не использовала Sarbox в отношении Уолл-Стрит. Он не смог дать ответа, лишь невразумительно бормотал, что законодательство бесполезно, если адекватно не соблюдается. Именно так.

Вывод: Если финансовые реформы необходимы, нет смысла их ждать. Sarbox уже есть. И даже если финансовые законы принимаются без лазеек, все равно нет никаких причин думать, что они будут выполняться. Как, например, Sarbox, уже принятый, но не используемый.

Оригинал статьи: Fraud on the Street

Перевод: Арвид Хоглунд, специально для сайта "Война и Мир"