Джеймс Хилл (James Hill)
Недавно четверо вооруженных мужчин, переправившись через реку на плоту, сооруженном из отходов древесины и камеры для грузовой шины, проникли из Афганистана в небольшой безымянный пограничный населенный пункт и похитили там двух подростков – сыновей местного армейского вербовщика.
Затем они, вместе с заложниками, вернулись в Афганистан и позвонили вербовщику, требуя у него в качестве выкупа 55000 долларов. В случае отказа они угрожали убить его сыновей и продать их органы на черном рынке.
Подобные похищения, наряду с убийствами, вооруженными столкновениями и другими проявлениями насилия стали приметами повседневной жизни на протяженной границе Таджикистана и Афганистана. Эта состоящая из цепей суровых вершин и просторов пыльных долин граница, на больших расстояниях практически неохраняемая, - единственное, что отделяет бывшие советские республики Центральной Азии и прилежащие территории от хаоса одной из самых опустошенных войной стран.
Организация защиты этой границы, а также менее обширных границ с Узбекистаном и Туркменистаном, становится настоятельной потребностью в ситуации, когда американские вооруженные силы готовятся к уходу из Афганистана.
На прошлой неделе делегации на высшем уровне основных гарантов безопасности в этом регионе, Соединенных Штатов Америки и России, собрались в столице Таджикистана Душанбе для проведения переговоров с правительством о защите границ страны. Поскольку насилие в северных афганских провинциях нарастает, растут и опасения, к чему может привести отсутствие американских войск.
"Таджикистан, как и Узбекистан и Туркменистан, как все республики, расположенные вдоль северной границы Афганистана, стоят перед лицом серьезной угрозы своей безопасности, - заявил Сухроб Шарипов, директор Центра стратегических исследований, правительственной политической группы в Душанбе. Он считает, что Соединенные Штаты Америки должны предпринять все усилия "для безболезненного вывода вооруженных сил из Афганистана".
Нищая страна с 7,6-миллионным, преимущественно мусульманским, населением Таджикистан имеет границу с Афганистаном протяженностью 1400 километров – самую большую для последнего после границы с Пакистаном. Там, где этот легко преодолимый, а во многих местах вообще никак не обозначенный рубеж проходит вблизи реки Пяндж, его охраняет горстка плохо подготовленных, необразованных и легко идущих на подкуп пограничников.
Вероятность военных налетов на Таджикистан все сильнее ставит здешнее правительство перед необходимостью принятия решительных мер. Власти возложили вину на нападение на военный конвой, в ходе которого, по сообщениям, в сентябре погибло два десятка солдат, на исламистских боевиков, связанных с Афганистаном и Пакистаном. В прошлом году таджикские вооруженные силы совершили облаву в районе скалистых горных укрытиях, где предположительно прятались командиры боевиков; некоторых удалось арестовать или убить.
И все же масштаб военной угрозы неясен. Диктаторские правительства государств Центральной Азии долго использовали пугало исламского радикализма для оправдания расправ с инакомыслящими. Президент Таджикистана, Эмомали Рахмон, бывший функционер советской коммунистической партии, наложил постоянно ужесточающиеся ограничения на особенно усердных мусульман; только что он протолкнул закон, запрещающий детям до 18 лет посещать мечети.
Несмотря на все эти страхи, эксперты и официальные лица заявляют, что проникновение афганских боевиков на территорию Таджикистана пока еще происходит весьма редко. Эпизоды насилия, перехлестывающие через границу, чаще оказываются связанными с торговлей наркотиками, в основном, героином, которая здесь буйно процветает.
Из десятков тысяч килограммов героина, по оценкам Организации Объединенных Наций, ежегодно поступающего на север из Афганистана через Центральную Азию, большая часть переправляется через границу с Таджикистаном. А конфликты в сфере этой прибыльной торговли, по заявлениям официальных лиц, происходят очень часто.
В июне в Хамадонском районе было две перестрелки между пограничниками и предполагаемыми контрабандистами, во время которой двое было убито, рассказывает Хушнуд Рахматуллаев, представитель таджикской пограничной службы. Один пограничник был убит во время другой перестрелки в апреле, продолжает он, и, как известно, афганские снайперы стреляют через границу и убивают таджиков, живущих на той стороне.
"Они очень хорошие снайперы, - говорит Рахматуллаев. – Тут никогда не бывает спокойно".
Два сына здешнего армейского вербовщика, Наджмуддина Сангмадова, были похищены, когда они работали в своем саду поздно вечером 31 мая. Непонятно, как удалось похитителям, вооруженным ручными автоматами, незамеченными пройти полторы мили по открытой местности от берега реки до дома Сангмадова и затем вернуться обратно в Афганистан с заложниками.
"Весь участок патрулируется пограничниками, - говорит тридцатисемилетний Сангмадов. – Наверное, они знали какой-то секретный проход".
Он говорит, что его сыновья оказались жертвами похищения по ошибке, что их приняли за детей или работников соседа, который был должен деньги похитителям. Подробно на эту тему он не распространяется – боится соседа. Таджикские чиновники рассказывают, что похищения людей очень часто используются как способ взыскать неоплаченные долги с наркодилеров.
В течение семи дней мальчиков, 14-летнего Сангмадбоя и 12-летнего Фаридуна, держали в домах их похитителей, часто перевозили с места на место, чтобы их никто не заметил. Затем, без всяких объяснений, их отпустили.
Подобные инциденты происходят регулярно, говорят официальные лица и местные жители, несмотря на совместные усилия, предпринимаемые в последние годы Соединенными Штатами Америки и другими международными силами для укрепления безопасности в регионе.
Соединенные Штаты потратили миллионы долларов на создание и восстановление пограничных постов, подготовили и вооружили пограничную службу, отчасти для создания безопасной транзитной зоны для своих военных операций в Афганистане. Таджикистан разрешает Соединенным Штатам Америки использовать свою территорию для перелетов и для ограниченного объема наземных перевозок в Афганистан; однако он не открыл двери для вооруженных сил какой-либо другой страны.
Во время встречи с пограничниками в районе Шурабод на прошлой неделе Вильям Браунфилд, (William R. Brownfield), глава Управления по международной борьбе с наркотиками и охране правопорядка (Bureau of International Narcotics and Law Enforcement Affairs), старался поддержать их.
"Вам лучше, чем мне, известно, что торговцы наркотиками творят свои делишки в вашем районе, – заявил он. – Некоторые из ваших друзей и коллег заплатили за это высшую цену. Они отдали свои жизни, чтобы защитить мирное население".
В конце этой недели российский министр обороны Анатолий Сердюков посетил Душанбе для ведения переговоров с президентом Рахмоном об улучшении военного сотрудничества.
Российские войска помогали обеспечивать безопасность здешних границ вплоть до 2005 года, когда таджикское правительство потребовало, чтобы они ушли. Учитывая взрывоопасность здешних границ и предстоящий вывод американских войск из Афганистана, некоторые высокопоставленные официальные лица в Москве призывают к возвращению российских пограничников.
Таджикские чиновники настаивают на том, что безопасность границы в последние годы улучшилась, и что между афганским и таджикским правительствами хорошие отношения, которые постоянно укрепляются.
Однако сообщения о стычках на границе в этом регионе поступают регулярно. И напоминания о том, как быстро здесь дело может дойти до крайней жестокости, нетрудно найти.
В пыльном бурьяне недалеко от таджикского пограничного поста у деревни Шохун зарастают травой искореженные остатки двух советских танов, взорванных во время того, что здесь называют жестокой битвой между вооруженными силами Москвы и моджахедами более двух десятков лет назад.
Недавно синие бронежилеты солдат здешнего военного подразделения проветривались на бельевой веревке, привязанной к проржавевшей башне танка – чистые и готовые к употреблению; просто на всякий случай.Оригинал публикации: Porous and Violent, Afghan-Tajik Border Is a Worry for the U.S. |
