Среди главных приоритетов международной газовой политики Тегерана на первый план в последние годы постепенно выходит сотрудничество со странами Южной и Юго-Восточной Азии. Это обстоятельство не случайно, поскольку обусловлено нарастающей динамикой роста газовых рынков в этих регионах, развивающихся ускоренными экономическими темпами. Данная характеристика в первую очередь относится к Китаю и Индии: именно эти две страны приобретают для Ирана особое стратегическое значение с точки зрения диверсификации экспортных возможностей энергетической сферы, в первую очередь – газовой индустрии.
Несмотря на объективные макроэкономические предпосылки, реальное продвижение иранского газа на рынок региона АТР существенно сдерживается по политическим мотивам. Судьба одного из важнейших газовых проектов Ирана в регионе – сооружение трубопровода по маршруту Иран–Пакистан–Индия – вновь оказалась под угрозой. Глава МИД ИРИ М.Моттаки отменил намеченный на июль 2006 года визит в Дели «из-за резкого изменения ситуации на Ближнем Востоке» (эскалация ливано-израильского конфликта). Однако реальная причина – проблемный узел вокруг ирано-индийского проекта, который должен был стать чуть ли не главной темой повестки дня переговоров иранского министра с индийским руководством. Комментируя отсрочку своего визита в Индию, М.Моттаки откровенно заявил, что «реализация проекта газопровода столкнулась с существенными сложностями».
То, что согласование проекта газопровода «Иран-Пакистан-Индия» будет проходить в сложных условиях, было ясно с самого начала. Помимо политических аспектов (индо-пакистанские противоречия, давление США на Индию в пользу отказа от сотрудничества с Ираном и пр.) существовал целый набор сложных технических и финансовых вопросов, согласование которых продвигалось медленно. Примечательно, что начальные переговоры сторон по газопроводу предполагали раздельное осуществление проектов Иран–Пакистан и Иран–Индия. Тогда планировалось, что газопровод в Индию может быть пущен по морскому дну либо через пакистанскую территорию. Однако оба варианта были признаны нецелесообразными (первый — из-за сложности технической реализации и, соответственно, дороговизны, а второй — из-за высокого политического риска). В результате стороны пришли к тому, что необходим трехсторонний проект, невзирая на натянутость отношений между Исламабадом и Дели.
Понадобилась серия непростых двух- и трехсторонних экспертных переговоров для последующего сближения позиций. Дискуссия на ирано-пакистанском треке проходила более успешно: в конце пятого раунда переговорного процесса (январь 2006 года) две стороны согласовали маршруты газопровода, точки пересечения ирано-пакистанской границы, технические характеристики. По оценкам специалистов, это был первый прорыв спустя несколько лет экспертных переговоров в двусторонних и трехсторонних форматах, позволяющий говорить о возможности реального выхода на подписание рамочного документа о сотрудничестве по газопроводу. Тогда звучали прогнозы, что подписание документа на уровне министров нефти трех стран может состояться до конца 2006 года, в котором будет зафиксирована дата ввода газопровода в эксплуатацию – ориентировочно 2009-2010 гг.
Серьезные барьеры на пути проекта возникли с марта 2006 года, т.е. с момента резкого обострения ситуации вокруг иранской ядерной программы. Несмотря на то, что переговаривающиеся стороны называли главным препятствием на пути проекта финансовый аспект, а именно - отсутствие компромисса по цене на газ, реальная причина заключалась в другом. Вашингтон стал оказывать на Дели беспрецедентное политической давление с целью заставить индийскую сторону выйти из проекта. Это давление возросло и потому, что роль «респектабельной иностранной компании» в качестве оператора проекта от начальной стадии разработки газовых месторождений до стадии газовых поставок стал реально претендовать российский «Газпром».
С целью отговорить индусов от участия в проекте Вашингтон пошел на заключение с Дели ядерной сделки, которая обеспечила гарантированное сотрудничество в области мирных атомно-энергетических программ и развитие в Индии гражданской атомной энергетики. По заверению американской администрации, взаимоотношения между двумя странами «еще никогда не были столь крепкими».
Таким образом, подготовлен серьезный плацдарм для наращивания американо-индийского атомно-энергетического сотрудничества, что позволяет решить актуальную для Дели проблему энергетической безопасности. Однако главной мишенью американцев при заключении этой сделки был Тегеран: Вашингтон, руководствуясь чисто политическими мотивами, делает все, чтобы сорвать реализацию газопровода. Официальные власти в США не раз обращались к индийской стороне с призывом «не закупать энергию у иранцев» и «сделать свой окончательный выбор между Тегераном и Вашингтоном».
Там отчетливо осознают, что прокладка газопровода «Иран–Индия–Пакистан» может принести Тегерану огромные дивиденды, прежде всего политические. Уже сегодня Иран как участник газового проекта косвенно посредничает в урегулировании индо-пакистанских противоречий и повышает, таким образом, свой авторитет в региональном и международном контексте. В случае если проект газопровода «Иран–Пакистан–Индия» будет успешно реализован, Тегеран получит еще один весомый политико-экономический козырь, в том числе в своих непростых отношениях с Западом, особенно в контексте ядерной программы.
Однако, нынешняя ситуация вокруг Ирана, особенно в свете нарастающего давления на Тегеран по поводу ядерного досье, создает по всей вероятности тупиковую перспективу реализации газового проекта. Несмотря на то, что официально стороны не расторгли существующий меморандум о сотрудничестве и заявляют о намерении продолжить экспертные переговоры (судя по некоторым данным, 3-4 августа с.г. в Дели может состояться очередная трехсторонняя экспертная встреча), шансов на скорейшее разрешение проблемных моментов остается немного.
Отрицательный результат прогнозировался экспертами задолго отсроченного визита в Дели и недвусмысленных комментариев главы МИД ИРИ М.Моттаки, которые не стали сенсационными и вполне вписались в логику развития «проекта мира». Тем более, что в Тегеране уже заготовили отступной ход. Проект газопровода по маршруту Тегеран-Исламабад скорее всего будет через несколько лет доведен до конца, что принесет Ирану неплохие дивиденды. Газовое сотрудничество с Индией по поставкам в эту страну сжиженного газа (LNG) неуклонно расширяется и по всей вероятности станет для Тегерана «пробным шагом» для дальнейшего проникновения на газовые рынки стран Юго-Восточной Азии. В более отдаленной перспективе Иран рассчитывает на заключение крупных газовых контрактов с главным экономическим гигантом региона – КНР. |
