Новый американский министр финансов использует зал заседаний Сената для того, того чтобы обвинить Китай в манипулировании национальной валютой, а китайский премьер использует заседание в Давосе, чтобы обвинить Америку в разрушении мировой финансовой системы. Не слишком благоприятное начало китайско-американских отношений в новой эре правления убежденного сторонника мега-мягкой дипломатии, Барака Обамы. Тим Гайтнер занял свой пост в Министерстве финансов. Уже неважно, что Гайтнер, будучи главой ФРБ Нью-Йорка, занимался проблемами Уолл Стрит и именно под его чутким руководством расцвели буйным цветом бюрократия и пренебрежение риском.
Или то, что он не заплатил подоходный налог, несмотря на регулярные уведомления, отправляемые его бывшим работодателем, Международным валютным фондом. Или то, что именно Гайтнер, наряду с его предшественником Хэнком Полсоном, принял решение о разорении Lehman Brother, подтолкнув тем самым финансовую систему к краю пропасти. Все это осталось позади. Впереди нас может ждать торговая война, спровоцированная Гайтнером, который во время слушаний в Сенате по поводу его утверждения в должности заявил, что Китай "манипулирует" своей валютой, чтобы сохранить ее низкую стоимость с целью стимулирования экспорта. Слово "манипулировать" очень не нравится Китаю, а импорт - это то, что раздражает профсоюзы и демократов в Конгрессе, которые считают, что импорт уничтожает рабочие места в Америке, выгода для потребителей - не в счет. Есть три причины полагать, что данное заявление не было просто еще одним промахом Гайтнера. Первая - в администрации заявили, что Гайтнер всего лишь повторил слова Обамы, произнесенные во время избирательной кампании. Вторая - Гайтнер зачитывал подготовленное заявление, а не просто отвечал на вопросы. Еще будучи кандидатом на этот пост, Гайтнер написал: "Президент Обама, на основании выводов целого ряда экономистов, полагает, что Китай манипулирует своей валютой". Все заранее обдумано, и слово-раздражитель "манипуляция" было использовано не случайно. Третья причина - Гайтнер хорошо осведомлен об уязвимых местах Китая. Семья Гайтнера давно связана с азиатской и китайской политикой и имеет о ней очень хорошее представление. В последние годы для любого высокопоставленного китайского чиновника было бы странно приехать в Америку и не побеседовать наедине с Гайтнером, который изучал японский и китайский языки и жил в Индии, Таиланде, Японии и Китае. Его отец является руководителем азиатской программы Фонда Форда. Им хорошо известно, что подействует на нервы китайским лидерам. Что, определенно, и сделал Гайтнер. Коммунистические лидеры Китая, которым не достает демократической законности, знают, что если им не удастся предотвратить сокращение рабочих мест в условиях охлаждения экономики, они столкнутся с более сильными социальными волнениям, чем те, что были отмечены в последнее время. Им также известно, что рецессия, царящая в Америке и Европе, подрывает их экспорт, в результате чего закрываются заводы и приостанавливается производство. И меньше всего они хотят, чтобы юань продолжал расти по отношению к доллару, снижая, тем самым конкурентоспособность китайских товаров в Америке. Затем появляется Гайтнер, что не может не радовать нью-йоркского сенатора Чака Шумера, "притеснителя" Китая, который призывает к повышению пошлин на китайские товары, с тем, чтобы свести на нет преимущества, получаемые китайцами благодаря манипулированию юанем. "Это важный шаг", - заявил Шумер с нескрываемым ликованием.
Волнения Гайтнера не безосновательны. Китай на самом деле занижает стоимость национальной валюты для стимулирования экспорта, и хотя поездки Полсона в Пекин с целью проведения стратегического диалога привели к незначительному повышению юаня, эта тенденция резко прекратилась, как только китайская экономика столкнулась с проблемами. Притом, что американская экономика находится в рецессии, а налогоплательщикам, возможно, предстоит потратить 1 триллион долларов, чтобы возобновить ее движение, мысль о том, что снижение налога и государственные расходы приведут к покупке товаров, произведенных в Китае китайскими рабочими, вызывает все более неприятное чувство. Поэтому пакет стимулов включает и положения о "покупке американских товаров".
В прошлом, сторонники свободной торговли могли приводить примеры из истории, утверждая, что Великая депрессия затянулась из-за волны протекционизма, прокатившейся по всему миру. Или же они могли процитировать великого Адама Смита, описавшего преимущества свободной торговли. Но избиратели - не историки, и не экономисты: немногие осилили работы, посвященные Великой депрессии, или "Богатство народов" Смита. Кроме того, неэффективность, порожденная протекционизмом, бледнеет в сравнении с нынешними увольнениями, особенно в умах лидеров профсоюзов и демократов, которых они помогли избрать. У Роберта Кессиди есть свои сомнения по поводу преимуществ торговых отношений с Китаем. Кессиди, помощнику Билла Клинтона по вопросам торговли в азиатско-тихоокеанском регионе, удалось убедить Конгресс нормализовать торговые отношения с Пекином и позволить Китаю вступить во Всемирную торговую организацию (ВТО). Сейчас ему есть о чем пожалеть. Недавно он заявил в либеральном Институте экономической политике, Вашингтон, что манипулирование юанем лишило американские товары, продаваемые в Китае, конкурентных преимуществ и заставило американские компании закрыть фабрики в стране и переместить производство в Китай.В течение последнего десятилетия Китай ввозил в США товары, а они отправляли в Китай бумагу с изображением американских президентов. Китай привозил эти доллары назад и покупал на них долговые расписки, продаваемые правительством в условиях дефицита. Сейчас Министерство финансов готово увеличить займы для финансирования пакета стимулов, автомобильной отрасли, банков, частичного поглощения здравоохранительной отрасли и многих других пунктов, включенных в список требований раздраженных либералов, заседающих в Конгрессе. Если Китай решит, что больше не нуждается в покупке долговых расписок, процентные ставки в США поползут вверх, сводя на нет результаты внедрения основных стимулов, предложенных Обамой. Тогда министр Гайтнер, возможно, обнаружит, что не может продавать миллиарды в виде долговых расписок, которые он в скором времени начнет выпускать, и пожалеть о том, что позволил Шумерам всего мира поверить, что администрация Обамы намерена вести не разговоры, а войну - торговую войну.
Ирвин Стельцер
По материалам The Times Online |
