Сама московская конференция была посвящена современным проблемам безопасности и эффективного сотрудничества. Российская команда на встрече была представлена представителями МГИМО; китайская – экспертами Института международных проблем КНР, который, кстати сказать, ведет непосредственные контакты с китайским МИДом; южнокорейская – специалистами Института международных отношений и нацбезопасности. Московская встреча делегаций стала уже четвертой в рамках озвученной темы. И если первые конференции можно было назвать своеобразным формальным прологом, то вот новая московская встреча, как принято сегодня говорить, взорвала общественность. Главным идеологом такого взрыва стала китайская сторона, представитель которой Го Сяньган в своем выступлении подверг резкой критике положения внешней политики японского руководства и заявил, что Япония – страна мира, которая до сих пор фактически отказывается признавать итоги Второй мировой войны.
И ведь с Го Сяньганом сложно не согласиться. Япония продолжает оказывать активное давление на целый ряд государств региона с целью заполучить под свое крыло те территории, которые потеряла после поражения во Второй мировой. Сегодня у всех на слуху территориальные претензии со стороны официального Токио не только к России в плане четырех островов Южных Курил, но и нашумевшая история с Сенкаку (Дяоюйдао), в которой никак не могут решить проблему принадлежности этих крошечных клочков каменистой земли в Восточно-Китайском море Япония и КНР. Помимо этого Япония ведет активную политику, направленную на то, чтобы вернуть себе острова Лианкур (они же Токто, они же Такэсима), принадлежащие сегодня Южной Корее.
Получается, что Япония является, по большому счету, единственной страной так называемого гитлеровского блока, которая отказывается признавать итоги войны, тем самым продвигая идею о своей исключительности.
Го Сяньган, напомнил собравшимся на конференции в Москве суть претензий со стороны японских властей, и сделал более чем резонансное предложение: пойти на то, чтобы спустя более чем 67 лет с момента окончания Второй мировой войны заставить Японию подписать мирный договор, по которому эта страна должна будет окончательно отказаться от территориальных претензий не только на Южные Курилы, Сенкаку (Дяоюйдао) и Лианкур (Токто, Такэсиму), но и на Окинаву. Для этого китайский эксперт предлагает задействовать и еще одну сторону – Соединенные Штаты Америки. Го Сяньган отметил, что пора создавать единый антияпонский фронт, который охладит пыл официального Токио в плане попыток заявлять о претензиях на те территории, которые после Второй мировой войны вышли из состава Страны Восходящего Солнца.
"Предложение сформировать единый антияпонский фронт и заставить Токио подписать новый мирный договор можно считать сенсацией. Оно прозвучало из уст заместителя директора крупного института, аффилированного с МИД КНР и принимающего участие в выработке китайской внешней политики. Это предложение, с одной стороны, является мнением отдельного китайского эксперта, но, с другой стороны, оно, видимо, в той или иной степени отражает настроения руководства КНР", - говорит Иванов.
Такие слова китайского представителя заставили присутствующих проникнуться всей остротой поднятого вопроса, ведь до этого конференция напоминала тихое озеро, по поверхности которого едва пробегала рябь. Но Го Сянгьган устроил на этом тихом озере настоящую бурю, и о его предложении активно заговорили.
Первым делом стали вспоминать о том, а что, собственно, дает право Японии до сих пор наплевательски относиться к территориальной целостности других государств региона. И в этой связи пристальное внимание обратили на так называемый Сан-Францисский мирный договор образца 8 сентября 1951 года. Сама дата появления на свет этого договора, который был направлен на определение территориальных рамок государств послевоенного периода, говорит о том, что к нему определенные силы долго готовились (ведь с момента окончания Второй мировой прошло целых 6 лет).
В ходе обсуждения этого весьма оригинального договора участвовали страны, представляющие антигитлеровскую коалицию, а также непосредственно Япония. Однако, несмотря на то, что обсуждение было многосторонним, итоговый вариант этого договора оказался, мягко говоря, однобоким. Дело в том, что договор никоим образом не закреплял суверенитета Советского Союза над Курильскими островами и территорией Южного Сахалина. Мало того, договор не регулировал право КНР на остров Тайвань. Были в Сан-Францисском соглашении и другие белые пятна, которые, в конечном итоге, и позволили Японии начать разговоры о территориальных претензиях.
Американская сторона, которая к тому моменту позиционировала себя как явный антипод стороне советской, решила заявить о том, что подписываемый договор о мире никоим образом не дает права СССР претендовать на те территории, которые до момента вступления в войну Японии ей принадлежали. Другими словами, в США упорно продвигали идею о том, что Советский Союз не должен "питать иллюзий" по поводу завоеванных (отвоеванных) у Японии территорий. Первые ласточки Холодной войны…
Такие положения договора явно не устроили советскую делегацию, возглавляемую Андреем Громыко, и представители СССР и некоторых других стран (Польши и Чехословакии) отказались от подписания столь противоречивого договора. Китай также те подписал этот договор по той простой причине, что китайскую делегацию вообще не пригласили в Сан-Франциско, не посчитав КНР представителем антигитлеровской (антияпонской) коалиции. Корея также не принимала участия в создании и подписании документа.
Выходит, что именно те государства, к которым сегодня у Японии сохраняются претензии территориального характера, к Сан-Францисскому договору никакого отношения не имеют. А если так, то все слова о том, что кто-то что-то должен Японии в плане передачи территорий после окончания Второй мировой войны из числа таких стран как Россия, Южная Корея и Китай вообще бессмысленны. Если Япония, США, Франция, Великобритания и прочие государства поставили свои подписи под мирным договором в 1951 году, то этим государствам и карты в руки: пусть сколько угодно делят между собой свою территорию, а о провокациях территориального характера в адрес других государств забудут. К Японии это относится в первую очередь.
И ведь если между Японией и тройкой Китай - Южная Корея – Россия до сих пор не существует подписанного всеми сторонами полноценного мирного договора, то нужно либо руководствоваться Уставом ООН, либо к подписанию этого самого договора незамедлительно приступать. И пусть подписание состоится даже через 70 лет после окончания Второй мировой, зато у какой-либо из сторон раз и навсегда пропадет желание использовать юридические пробелы "международного" законодательства исключительно в своих целях.
Примечательно то, что именно китайская сторона и именно сегодня поднимает такой наболевший вопрос. Не станем муссировать тему того, что и у самой китайской стороны иногда проявляется нездоровый интерес в отношении российских территорий, а попытаемся сосредоточиться исключительно на японской теме.
Господин Сяньган сделал свое заявление именно в тот момент, когда в Китае началась смена правящих поколений. Наивно было бы думать, что представитель Института международных проблем КНР, тесно связанного с внешнеполитическим ведомством Китая, позволил бы себе высказывания о необходимости международного давления на Японию, если бы такая позиция не приветствовалась китайскими руководителями. Вероятнее всего, новая высшая политическая элита Китая сама продвигает идею о том, что Японию пора приструнить дипломатическими средствами, используя заинтересованность других стран (России и Южной Кореи в частности). По понятным причинам, высказывать такую мысль с трибуны партийного съезда в КНР не стали, ведь это не стыкуется с самими принципами ведения внешней политики Китаем, зато с помощью весьма авторитетных экспертов-международников китайская сторона ищет болевые точки на теле японского государства, и эти точки, очевидно, находит.
Пока официального отклика предложение Го Сяньгана не получило, но одно ясно – обсуждают его и в Китае, и в Южной Корее, и в России. А уж как в Японии обсуждают!.. Ведь если сформируется активный антияпонский дипломатический кулак, то, очевидно, что японцам придется надолго забыть о своих территориальных притязаниях.
Безусловно, рассчитывать на то, что официальный Токио действительно может подписать некий новый мирный договор, согласно которому Японии придется распрощаться с претензиями на Курилы и прочие территории, которые в Стране Восходящего Солнца считают своими, наивно. Но зато сам факт появления столь серьезного предложения по противодействию японской доктрине "возвращения земель" выглядит более чем весомым.
В такой ситуации интересной может оказаться реакция Соединенных Штатов. Очевидно, что поддерживать китайское предложение в Вашингтоне не собираются, а если так, то США придется озаботиться наличием мощной силы, препятствующей продвижению собственных интересов в Восточной Азии. Возможно, что уже в ближайшее время именно этот регион станет новой ареной для серьезного противостояния между супердержавами, которые понемногу формируют позиции по разные стороны баррикад.
