Алжир рискует самым серьезным образом испортить отношения со странами НАТО. Казалось бы, за последние 20 лет это государство стало ведущим партнером Запада в области борьбы с терроризмом в Северной Африке. События последнего года в Ливии, в ходе которых Алжир практически открыто поддерживал Каддафи, наглядно показали, что в отношениях между партнерами возникли серьезные осложнения.

От алжирского руководства не раз требовали объяснений относительно оказываемой Полковнику поддержки. А в ноябре, уже после гибели Каддафи, в отношениях между былыми партнерами по борьбе с терроризмом возникли дополнительные накладки: Алжир запретил США и Франции осуществлять над его территорией полеты беспилотным летательным аппаратам, которые затрагивали практически все страны Сахеля, ущемляя их суверенитет.

Американцы и французы пытались вразумить алжирскую сторону, что это необходимо в рамках борьбы против терроризма и расползания оружия из Ливии. Однако алжирский президент Бутефлика остался непреклонен, указав на то, что Алжир и сам до сих пор неплохо справлялся с террористической угрозой.

Однако в самом конце января от Великобритании и Франции поступил уже официальный запрос о необходимости более тесных усилий в рамках борьбы против "Аль-Каиды" в Сахеле. От Алжира требовалось в первую очередь открыть свое воздушное пространство для авиации НАТО, а также предоставить территорию и инфраструктуру для франко-британских сил специального назначения, которым поручалось выслеживание и ликвидация местных главарей "Аль-Каиды".

Впрочем, на все сразу альянс и не замахивался. Начальник АФРИКОМ (региональное объединенное военное командование вооруженных сил США на Африканском континенте) генерал Картер Хам пытался договориться с начальником алжирского Генерального штаба Ахмедом Гайдом Салахом о развертывании на алжирской территории американских БПЛА, использование которых привело к гибели сотен мирных жителей в Афганистане, Пакистане и Йемене, и что стало далеко не последним раздражителем в пакистано-американских отношениях. Однако услышал в ответ решительное "нет". Причем без всяких отговорок и туманных расплывчатых обещаний, которыми так славятся многие лидеры арабских стран.

Алжирское кредо — недопущение в регион иностранных сил, что чревато ослаблением самого Алжира, под эгидой которого и происходила все последние годы борьба против исламистов. Достаточно указать на то, что соседние страны пусть и с оговорками, но все же признают алжирское главенство по этому вопросу. Уже хотя бы потому, что он обладает намного большими силами, чем Мавритания, Мали и Нигер вместе взятые.

С недавнего времени в Таманрассете (южный Алжир) действует единый центр по обмену информацией о террористической активности в регионе, где также планируются совместные операции, о которых американцев и французов извещают далеко не всегда.

Показательно и назначение в декабре 2011 года на пост начальника алжирской разведки генерала Атмана Тартага, являющегося противником тесного взаимодействия с западными спецслужбами. Источники из окружения генерала указывают на то, что предыдущий опыт взаимодействия с ними не всегда был положительным и что порой это приводило к срыву операций по нейтрализации ряда главарей исламистов.

Заметим, что ситуация в Сахеле после свержения Каддафи заметно обострилась. Как "Аль-Каида Магриба", так и отряды туарегов в 2011 г. получили в Ливии современное оружие, которое оказалось в Мали и Нигере. В январе туареги возобновили свою борьбу на малийской территории. На очереди — дестабилизация ситуации в Нигере, откуда Запад, главным образом Франция, получает значительную долю урана. Так что отчасти волнения того же Парижа понять можно. И спецслужбы США и Франции солидарно оценивают ситуацию в регионе как "большую черную дыру", заткнуть которую без Алжира не представляется возможным.

Но вполне можно понять и поведение алжирского руководства, которое всерьез опасается того, что НАТО под предлогом борьбы с радикалами будет готовить почву если не для агрессии, то для поддержки "алжирской демократии", грозящей реализацией местного варианта "арабской весны".

Ситуация усугубляется несговорчивостью алжирского руководства в энергетических вопросах. Несмотря на свое желание привлечь в страну дополнительный иностранный капитал, Бутефлика не готов пускать его на условиях инвесторов и намерен сохранить национальный контроль в энергетических проектах.

А развязанная против Ливии война только усилила подозрения Алжира. Тот же Бутефлика прекрасно отдает отчет в справедливости слов западных официальных представителей, которые хвалили алжирское руководство за то, что представляемая им страна идет в авангарде антитеррористической борьбы в Северной Африке. Равным образом он помнит о том, что в последние годы Каддафи для Запада был не менее важным партнером по целому ряду направлений. В том числе и по борьбе с терроризмом.

Впрочем, нельзя исключать того, что именно этот отказ будет использован Западом как предлог для раскручивания давления против Алжира, чьи действия все чаще идут вразрез с желаниями США и их союзников.