своей агрессией Вашингтон и Тель-Авив практически навязали Тегерану роль прокси, поскольку Россия и Китай выглядят крупнейшими бенефициарами этого геополитического катаклизма, вплоть до того, что создание новой «большой тройки» видится как достаточно возможный конечный вариант, чтобы затмить или замести под ковер войну с Ираном и ее множественные последствия. Что может быть грандиознее, чем апеллировать к опыту великодержавного урегулирования по итогам Второй мировой войны ввиду не менее кардинальной глобальной трансформации, переживаемой сейчас с заочной силовой составляющей, что каждая из сторон в равной мере может записать себе в заслугу.

Благо, Вашингтон своими заявлениями выводит происходящее в русло постмодернистских представлений о мире, в котором мы живем, доведенным до абсолютного абсурда, когда реальность и факты уже не имеют никакого значения.

цена прозрения будет преимущественно экономическая, что говорит в пользу цивилизованности главных акторов, их здравого смысла и способности извлекать уроки из истории.

Тут уже не столь трудно представить ситуацию, когда американцы симулируют попытку захвата иранского обогащенного урана, который никто, включая МАГАТЭ, не будет в состоянии верифицировать, в то время как Тегеран будет утверждать обратное. Нельзя исключать, что этим закончится силовое измерение конфликта, который останется формально неурегулированным с правом каждой из сторон на свою правду. Ормуз останется за Тегераном, а американцы, похоже, смогут подключиться к взимаемым сборам за проход дистанционно, через страховку и логистику, образчик чего, надо полагать, дает нынешняя «двойная блокада» пролива: так и хочется сказать: «голь на выдумки хитра» или «бизнес превыше всего», когда выгоду можно извлечь даже из поражения.

Но главным драйвером внедрения постмодернистских представлений в происходящее являются последствия конфликта для глобальной экономики, правила которой будут переписаны точно так же, как и привычные максимы геополитики, включая «американскую мощь» как ее постоянную и стабилизирующую величину. Так, в своем последнем (апрельском) обзоре по перспективам глобальной экономики МВФ дал понять, что конфликт с Ираном надо завершать.

последствия будут распределяться неравномерно, а это в принципе усилит фрагментацию глобальной экономики. В любом случае, признается, что есть выигравшие и проигравшие. К первым относятся производители и экспортеры энергоресурсов — США, Канада, Россия, Бразилия, Австралия и Нигерия, ко вторым — страны Ближнего Востока и Центральной Азии (этой искусственно созданной категории) и Еврозона, которая переживает второй энергошок, не преодолев первый. Признается также, что энергошок быстро переходит на удобрения, продовольствие и промышленное сырье, то есть уходит в межотраслевые связи, с перспективой, в частности, роста угрозы продовольственной инфляции.

Беда с экономикой в том, что она, в отличие от всего остального (сколь бы осторожным не был прогноз МВФ), не терпит ничего постановочного. Возможны только пузыри, но и те периодически лопаются. Как показывают цены на бензин в самой Америке, никаких мизансцен здесь не получается, хотя тоже можно манипулировать цифрами по штатам и сравнивать с Европой, где много хуже, что нисколько не волнует среднего американца.

В этих условиях американцы могут попробовать превратить послевоенную реконструкцию региона в источник своего экономического роста

Как бы ни старались американцы, их арабские союзники начнут «переоценку ценностей», т. е. ставки на США как исключительного гаранта своей безопасности, что лежало в основе нефтедолларового оборота.

К тому же, арабам за все платить, и они хотели бы за свои деньги получить нечто более надежное, чем пресловутый американский «стратегический присмотр» за регионом. Тегеран намерен требовать с них компенсацию нанесенного ему ущерба, так как удары производились с баз, размещенных на их территории. США, скорее всего, согласятся только на разморозку иранских авуаров в Японии и Южной Корее, которые зависят от поставок из региона Персидского залива. Нельзя сбрасывать со счетов и перспективу, хотя и отдаленную, возвращения США в Иран (по аналогии со Вьетнамом после окончания войны)

но Китай вряд ли будет терять время на иранском направлении.

Для начала исторический экскурс в новейшую американскую историю. Как вообще Трамп стал президентом?

В 2016 году диспозиция была такой. У демократов жизнь била ключом. Кандидат, сенатор от Вермонта, Берни Сандерс собирал стадионы студентов. Толкал пламенные, прямо-таки коммунистические спичи. Про образование, про здравоохранение. Вскрывал язвы, распространяя миазмы. За него проголосовало 46% на праймериз. Но перед угрозой прихода к власти [побеждавшего на республиканских праймериз] ужасного фашиста Трампа он отдал голоса Хиллари Клинтон. Которая, в свою очередь, выступала от респектабельной части электората – престарелых и вполне довольных жизнью бэби-бумеров послевоенного поколения.

У республиканцев же в партии наблюдался совершенно явный внутренний кризис. Кандидаты были вялые и безжизненные. Изначально Трамп пошел на выборы, судя по всему, вообще для того, чтобы «посветить лицом», ради пиара. Но во время еды пришел аппетит.

Особо стоит сделать акцент на финансировании его кампании. Жалкие 250 тыс. долларов Трамп выложил из своего кармана. 7,5 млн собрал с жертвователей. А на 17,5 млн взял кредит. Еще раз – кредит!

В целом его бюджет составлял какие-то 25,5 млн. Для сравнения: Хиллари Клинтон собрала тогда 130 млн, Берни Сандерс – 96 млн (из которых 70 млн – мелкие суммы от студентов). Даже Тед Круз собрал 54 млн.

Но как при таком бюджете Трамп обошел всех – и Клинтон в особенности? Для кампании он нанял ребят, которые никакого отношения к политике не имели, работали в коммерции, причем не в США. Эти боги сегментирования использовали методички по цифровому продвижению товаров. Они использовали API Facebook (после выборов Цукерберг закрыл прямой доступ к своим площадкам), чтобы таргетированно бить по целевой аудитории – как в рекламе шампуня от перхоти. По постам определяли, что у человека болит, и слали ему баннер со слоганом конкретно про эту проблему, а не с какими-то общими фразами.

И вот на таком партизанском маркетинге Трамп неожиданно выиграл праймериз. А потом еще более неожиданно – выборы [проигнорировав кампанию в безнадёжных для себя штатах, но сконцентрировавшись на "колеблющихся", что и позволило ему заручиться большим голосом выборщиков, при меньшем количестве отданных за него по всей стране голосов избирателей] . Вбрасывать тогда не стали, еще было не очень принято. Скрепя сердце инаугурировали.

Трамп занял кресло в Овальном кабинете, но быстро выяснил, что является хромой уткой. Больше года его не признавала ["как бы"] собственная партия, от которой он самовыбрался, не согласовав это ни с кем в политикуме. Все его инициативы саботировали. По сути, ему отказалась подчиняться большая часть спецслужб. Учитывая механизмы американской власти, где любое движение президента должно получить поддержку Конгресса, он ничего не мог сделать. Что-то он все-таки протащил, конечно, с огромным трудом. Не мытьем, так катаньем. Не в дверь, так в окно. Но в основном пар ушел в свисток.

Самой малозначимой темой в США считается внешняя политика, там у президента меньше всего связаны руки. Именно поэтому Трамп в первый срок наворотил дел именно здесь. В основном всякого антикитайского. В целом всю каденцию на него последовательно вешали ярлыки. Нацист, лидер умственно отсталых, марионетка Путина. И т. д.

За несколько месяцев до выборов ему устроили BLM. Трамп ничего не мог сделать, потому что у президента в этой ситуации нет полномочий. Они были у губернаторов, в подчинении которых нацгвардия. Поэтому с особыми спецэффектами все проходило именно в штатах, возглавляемых демократами, которые ничего не предпринимали или даже способствовали погромам, заставляли полицейских вставать на колени и т. д. Но в слабости обвинили именно Трампа. Что для его ядерного электората было критично – «не мужик».

В декабре 2020 года, когда Республиканская партия могла за него вступиться в спорной ситуации подсчета голосов, его слили. Скорее всего, его слили вообще до выборов. В январе 2021-го для закрепления отобрали несколько сотен его невменяемых сторонников и отправили штурмовать Капитолий. Действо было снято с сотни ракурсов репортерами. Все это доказывало, что типичный сторонник Трампа – это человек с низким IQ, голый по пояс, в кресле главы Конгресса. Десяток людей из тех, кто занял какие-то должности по приглашению Трампа в обход системы или помогал ему выбираться, в основном из бизнеса, сели в тюрьму. Его самого припугнули банкротством, начали раскручивать тему с изнасилованиями.

Инцидент со случайно проскочившим в Белый дом безбилетником, казалось, был исчерпан.

Но нет. За четыре года избиратель чуть помолодел из-за естественного выбытия бэби-бумеров (вспоминаем о соотношении 54/46 – Клинтон/Сандерс в 2016 году). Решать те проблемы, которые Сандерс вслух называл, – это ломать здание до фундамента. Надо было придумать ложную цель. Поэтому при Байдене стали качать ESG, развели всякого рода гендерные и цветные повестки. В общем, чтобы не уделять внимания реальным вопросам о стоимости здравоохранения и образования, проще было буйных юношей переключить на борьбу с половым диморфизмом. Молодежь туда успешно и устремилась – страдать ерундой, растрачивая свою злость.

Трамп, однако, все не успокаивался и опять собрался в президенты. И вот тут начинается интересное.

Илон Маск, самый богатый американец, во всяком случае, по версии деловых изданий, выкупает вечно убыточный Twitter. Примерно за год до выборов начинает очень часто давать интервью. Намекать, что он бы с удовольствием в президенты, но, к сожалению, рожден не в США. А так ему очень многое в стране не нравится. Маск шумно переводит свои компании из демократических штатов в республиканские. И под конец объявляет себя большим фанатом Трампа, становится медийным лицом его кампании. Маск – это только самый громкий пример. Трампа поддерживает довольно большая группа, в основном кормящаяся на оборонзаказе.

Ну и главное. Бюджет Харрис на выборы – 1 млрд. Бюджет Трампа – 400 млн. Да, 40% от суммы оппонента. Но все же не партизанские 25,5 млн, как в 2016-м.

То есть Трамп, с одной стороны, лучше научился играть по правилам именно политики, а не привычного ему среднего бизнеса с активами в миллиард-другой. С другой стороны, где-то в недрах системы на сей раз действительно раздрай. Кто-то в итоге принял его аргументацию и сделал на него ставку. И дальше можно погрузиться в социологическую теорию раскола элит, которая не сулит Америке нечего хорошего.

Да, Трамп теперь не одиночка. У него за спиной политическая машина.

Но в какую игру они играют? Как это ни странно прозвучит, но демократы с Байденом и стоявшими в его тени Обамой, Клинтонами – это предельные консерваторы [новой Эпохи Перемен]. Они пытались изо всех сил сохранить мир «конца истории» – тот, что возник после проигрыша СССР в холодной войне. Эти персонажи изображают из себя предел прогресса, но де-факто не способны принять изменившуюся реальность. Трамп же выступает от тех, кто реальность принял. Трамп сам когда-то прилично нажился на этой системе, успешно поспекулировал. Но сейчас он понял, что мир изменился.

Поставим себя на место Трампа с компанией, смоделируем ситуацию. Какова для них наилучшая стратегия выживания?

Сбросить с себя бремя охраны Евросоюза. В ЕС возмущены требованием Трампа поднять расходы на вооруженные силы. Фактически это разрыв отношений между метрополией, которая обеспечивала защиту, и ее провинциями. У провинций возникает законная претензия – а зачем нам тогда себе в ущерб покупать гособлигации метрополии, например, зачем вообще играть по ее правилам? Трамп говорит то же: «Расходимся! Вы теперь сами по себе! Финсистему можете не поддерживать – это игрушка глобалистов, мы не с ними». Политиков старой формации вроде Меркель и Шольца такие заявления просто парализуют. Это разрушение мира, в котором они сформировались. Политиков, выращенных глобалистами, вроде Макрона – тем более.

Отступать отовсюду за морем, оставляя на месте очаги нестабильности. Нужно, чтобы все игроки тратили силы на войны, слабели, пока Штаты переформатируются. Традиционная американская тема «сдерживания». В этом смысле главная точка, где американцам обязательно нужно поджечь войну, – это Дальний Восток.

Основа политики в Европе – чем хуже дела в ЕС, тем лучше для США. Это обеспечивает бегство капитала в Америку на ближнем горизонте. На среднесрочном же, что гораздо важнее, позволит выкачать из Европы квалифицированные кадры, инженеров, ученых. Америка всегда питалась талантами со всего мира – почему сейчас она должна вести себя иначе? Логика железная: раз Европа умерла, так пусть побудет донором для Америки.

И, самое, пожалуй, существенное. Им необходимо обеспечить себя всеми необходимыми природными ресурсами не на внешней, а на собственной территории. США – не ЕС. Это не самая бедная в смысле минералов страна. Но из таблицы Менделеева у них все же далеко не все или не в нужном количестве. Так что «собственную территорию» придется расширять.

По интернету распространяется карта «Трампленда» – государства, состоящего из США, Канады, Мексики и Гренландии. Пользователи соцсетей оставляют под картинкой смайлики и веселые комментарии, она кажется им очень забавной. Однако в каждой шутке, как известно, есть лишь доля шутки.

Словом, не можешь больше быть хозяином морей – стань хозяином суши.

Если трюк удастся, в Арктике будет два игрока – Россия и страна, у которой пока даже нет названия.

Но здесь мы возвращаемся к теории раскола элит. Группа, стоявшая за Байденом и представленная далеко не только в Вашингтоне, но и в том же Лондоне, многих других столицах, вряд ли готова сдаться без боя. У них на руках тузы в виде массы инструментов, включая и существенную часть сотрудников спецслужб, и Федеральную резервную систему, формально никак не вписанную во власть. Спустить все взведенные курки, все накопленные дисбалансы, обрушить экономику – и свалить вину на Трампа… Такой план не может их не привлекать. Обыватель всегда винит в своих бедах того, кто именно сейчас у власти. Так что будет интересно.

https://vz.ru/opinions/2025/1/28/1308343.html

В Москве становится все больше армян, таджиков, киргизов, и наметилась тенденция к снижению представителей славянской популяции. Влияние миграционных процессов на генетико-​демографическую картину в трех крупнейших мегаполисах России оценили специалисты Института общей генетики им. Н.И. Вавилова РАН на проходящей в Москве Научно-​практической конференции с международным участием «Генетика-​2025».

Работа по формированию генетической базы данных городов-​миллионников – Москвы, Санкт-​Петербурга и Новосибирска, как сообщила один из ее авторов, старший научный сотрудник лаборатории популяционной генетики ИОГен РАН Алеся Грачева, была выполнена в рамках программы «ДНК-​идентификация».

– В настоящее время в России насчитывается 16 городов-​миллионников, в которых живет около трети всего городского населения страны и четверть всего населения России, – сообщила ученый.

И именно в мегаполисах, по словам Грачевой, наблюдается огромный приток мигрантов, который проводит к замене генофонда коренного населения, расширению этнического состава, неоднородному расселению этнических групп по городу, росту межэтнических браков и существенным межпоколенным различиям. Причем, если еще совсем недавно приток мигрантов к нам был из ближайших регионов, то теперь «значительно увеличилась их доля из дальних регионов».

Ни для кого не секрет, что миграция сильно влияет на разные стороны жизни нашего общества. Приезжие привносят в города не только свои нравы, обычаи и диалекты, но и свои гены. По сути именно они влияют на определенный прирост населения в крупных городах, заменяя естественный прирост населения, пополняя трудовые ресурсы, омолаживая популяцию, – считают ученые. Но не только это... Частота наследственных и инфекционных заболеваний, в том числе и социально значимых, у нас тоже зависит от притоков мигрантов.

А еще они намного активней воспроизводят свой род, чем коренные россияне. Так, если у большинства женщин, проживающих в Москве, Санкт-​Петербурге и Новосибирске, рождается в среднем по 1-2 ребенка, то жены мигрантов рожают по 3-4 детей.

– Мы составили карту рождаемости детей у разных этнических групп, – говорит Алеся Грачева. – Приоритет за узбеками, азербайджанцами, армянами... Такие различия в количестве детей будут в будущем влиять на количественный и конфессиональный состав населения России.

Получается, произойдет еще и смена культур. Дело в том, что по данным сотрудников ИОГен РАН, мигрантам свойственна так называемая брачная ассортативность (неслучайный выбор партнера, когда супруги склонны выбирать друг друга на основе схожих черт, таких как социальный статус, образование, внешность, национальность).

При том, что этнические группы пока составляют меньшинство, ученые не могут сказать, что большинство жителей мегаполисов – это коренные москвичи.

- Основная популяция представляет собой группу очень смешанного происхождения, – говорит докладчик. – <...> Доля индивидуумов русской национальности, которые в течение трех поколений рождались в Москве, составляет только 5 (!) процентов.

Еще одним показателем времени является пространственно-​территориальный фактор миграционных сообществ, неоднородность расселения этногрупп в пределах мегаполисов.

В Центральном административном округе Москвы, в частности, на Арбате, по данным исследователей, отмечается более высокая плотность целого ряда разных этнических групп: армяне, евреи, татары, украинцы, азербайджанцы, грузины, молдаване и другие. Таджиков и узбеков, к примеру, много в Западном и Восточном Бирюлево. В Санкт-​Петербурге те же таджики, узбеки, киргизы и молдаване, в основном, селятся в пределах Курортного района, а в Новосибирске – в Дзержинском районе.

Этническая топография, то есть расселение населения, имеет большое значение. С одной стороны, она позволяет приезжим адаптироваться к новой среде, создавать сплоченные сообщества, находиться «среди своих». С другой, они же в виде обособленных анклавов создают проблему администрациям районов проживания, создавая социальное напряжение, которое может приводить к межэтническим конфликтам.

https://aftershock.news/?q=node/1558026